– Тебе нужно было надеть очки, – сказал он.
– Что? – Я не была уверена, что он обращался ко мне, потому что он на меня не смотрел.
– Большие, с прозрачной оправой. – Он задыхался от натуги.
– Тебе помочь? – спросила я.
– Он справится, – перебил мужчина, и голос его прозвучал грубее, чем требовалось.
Я не обратила на него внимания и продолжала смотреть на мальчика.
– Доротея Пуэнте, – выдыхнул он, почти добравшись до стойки. – Она держала дом престарелых и убила девять своих подопечных за шесть лет, – он посмотрел на меня и тут же отвел взгляд. – Ты одета как она. Как она, но молодая. Но она носила очки.
– Так. Все, хватит. Простите его за это, – вмешался отец.
Он оглянулся на мальчика, и мне показалось, что тот вовсе не его сын, потому что у ребенка кожа была не только более темная, но и волосы гладкие, черные, а еще слышился легкий акцент. Может, его усыновили, но этот тип не кажется мне усыновителем, излучающим тепло и заботу.
– Завязывай с этими серийными убийцами, хорошо? – попросил он.
– Да все в порядке, я никогда о ней не слышала.
– Как и большинство. Женщины-маньяки не так известны, как мужчины, это основывается на стереотипе о том, что женщинами управляют эмоции, следовательно, они не могут быть психопатами, что, в свою очередь, исходя из определения, – у них всего лишь недостаточный уровень эмпатии.
Мужчина вздохнул. Я уставилась на ребенка, который смотрел мне прямо в глаза, и уже и не знала, что о нем думать. Во-первых, он был маленький. Я не эксперт в угадывании возраста детей, но ему не могло быть больше восьми, а говорил он как выпускник колледжа. И на нем был костюм-тройка. Я и не думала, что такие делают для детей.
– Ты знаешь, что Джек-потрошитель убил всего пять женщин? – спросила я, увы, это был единственный маньяк, о котором я хоть что-то знаю, и по каким-то причинам я решила поделиться этими мрачными познаниями с мальчиком.
Мужчина выпучил на меня глаза.
– Разумеется. Все это знают.
Ой. Я поменяла тему.
– А почему ты не надел костюм на Хэллоуин?
– Надел.
Я пристально посмотрела на него. Может, это просто очередная игра слов? Может, он воспринял слово «костюм» как «одежда», а не как «карнавальный костюм»?
– Представь меня лысым. – Он покосился на мужчину. – Мне не разрешили голову обрить.
Я попыталась представить лысого, хорошо одетого мужчину.
– Брюс Уиллис?
– Кто?
– Актер такой. Был женат на Деми Мур.
– Ну, я и о ней не слышал. Я – Профессор Икс.
Это имя мне ни о чем не говорило, и, кажется, это отобразилось на моем лице.
– Он из «Людей Икс», – в надежде намекнул он.
– А, ты про этот фильм. – И тут я вспомнила, что была какая-то реклама этого блокбастера, в ней женщина, раскрашенная в синий, мужик, похожий на лису с когтями, и какой-то старик… о, все сходится!.. в инвалидной коляске.
Наверное, это и был Профессор Икс.
Глаза мальчишки стали еще больше, он выглядел уязвленным, будто бы я его сильно задела.
– Я про комикс. – Он четко произнес каждое слово, будто я была ребенком, а он взрослым.
– Ого, очень хитро было выбрать персонажа, которому тоже нужно кресло.
Мужчина сделал глубокий вдох и выдох, а потом сказал:
– Он не инвалид.
– Профессор Икс? – Я запуталась.
– Нет, мой сын, – он кивнул на мальчика.
– А. – Я даже и не знала, что сказать. Мальчик мне улыбался, и меня это застало врасплох, не потому что я впервые увидела его улыбку, а потому что все его лицо просияло. Я не могла устоять и улыбнулась в ответ.
– Я думал, что это неприемлемо… но он настоял, и… – Отец что-то мямлил, а потом оборвал: – Но это не важно.
Он поправил стопку книг передо мной на стойке, будто бы подавая знак, что разговор окончен и пора приступать к процессу выдачи книг.
Я вынуждена была оторваться от мальчика и взять первую книгу из стопки. «Рассвет», четвертая книга серии «Сумерки». Я еще раз посмотрела на мальчика – ему еще не рано такое читать? С другой стороны, он явно был развит не по годам и знал кучу всего о серийных убийцах. Я отсканировала код на книге и отложила ее. Следующая в стопке – «Девственницы-самоубийцы». Это была одна из моих любимых книг, и я невольно ахнула.
– Прошу прощения?
Я подняла взгляд на мужчину:
– Ой, ничего. Извините. Я просто люблю эту книжку.
Он нахмурился и одарил меня тем же мрачным взглядом, который я уже заметила, когда читала детям.
– Правда?
Я бросила быстрое «да» и отвела от него взгляд, переходя к оставшимся двум книгам: «Под стеклянным колпаком» Сильвии Плат и «Дневник памяти» Николаса Спаркса. Странная подборка для восьмилетнего мальчика (каким бы умным он ни был), да и для взрослого мужчины нетипичная.