Мы с Валентином бросились придерживать его, а хозяйка попробовала прорваться с очередной ложкой. Хотя тут единственное, что стоит делать – держать голову, дабы не разбил. В большинстве случаев всё проходит само. К сожалению, всякие противосудорожные таблетки не гарантируют стопроцентной профилактики. А у нас, значит, серия. Прямое показание к госпитализации. Потому что может перейти в эпистатус, а с этим состоянием и реанимационное отделение не всегда справляется.
– Диазепам? – для порядка спросил я. И так понятно, что колоть. Выбор противосудорожных средств на любой «скорой», даже на этой, ограничен.
– Два кубика в мышцу, – подтвердил доктор. – Срочная госпитализация. Вы поедете с ним? – спросил он хозяйку.
– Да, конечно… – из дамочки будто вмиг вынули какой-то стержень, и рядом с нами стояла стареющая растерянная женщина с глупой прической, совершенно не подходящей к ее полноватому лицу, и в мешковатом костюме, который старил ее еще больше. – Сейчас, подождите, только вещи соберу…
Мы уже погрузили притихшего парня на носилки, когда она закончила собирать футболки с трусами.
– Давайте переоденем его, – предложил Геворкян, показывая взглядом на мокрый пах пациента.
Она засуетилась, будто не зная, что делать, и Валентин Ильич забрал у нее трусы, которые она не знала куда деть, и мы в четыре руки сменили Петино белье на чистое.
– Спасибо, – сухо сказала женщина.
– Вы переоденьтесь, у вас кровь на одежде, – заметил я перед тем, как мы схватили носилки.
На обратном пути из больницы на станцию у нас с Валентином зашел разговор о любителях вызывать себе «скорую» каждый день. Есть такая категория населения. У детских бригад это мамочки с делегированным синдромом Мюнхгаузена, выдумывающие своим чадам разные болезни. А у взрослых, как правило, это дамы в возрасте, страдающие от недостатка общения и любящие всякие медицинские манипуляции. Вот про такую больную и вспомнил мой коллега.
– Вызывала эта тетка нас по расписанию: вот буквально утром в десять и вечером в шесть. Без выходных. Симулировала в основном боли в сердце и давление. Достала абсолютно всех. Диспетчеры уже и адрес не называли, говорили фамилию – и в путь.
– Ага, у нас астматик такой был, – вспомнил Авис Акопович. – Вены реланиумом пожгли, колоть некуда, реанимационную бригаду к нему посылали.
– Так вот, заступили мы на смену, подходит наша очередь, диспетчер кричит: «Табанова!» А что делать? Не повезло. Если утренний вызов попался, то и вечерний твой. Повтор же. Приезжаем. Она лежит, охает. Умираю, сердце болит, срочно делайте укол. Очень любила эта тетенька дибазол с папаверином, пять на два. И ведь если не сделаешь инъекцию, не отстанет. Ну, я набираю, доктор говорит: «Подставляйте ягодицу». Она всегда ложилась на живот и спускала панталоны чуть не до колен. Я подхожу, думаю, надо найти куда колоть, задница у нее хоть и обширная, одному не обхватить, а места живого нет. Одни шишки и рубцы. Вдруг смотрю, а у нее на всю ширину жопы зеленкой аккуратно выведено: «Привет». С двумя восклицательными знаками. И стрелочка к маленькой мишени, мол, колоть здесь. До нас кто-то постарался.
Геворкян начал хрюкать первым. Вторым заржал я, и только после этого присоединился водитель.
– Вот и мы с доктором так, – продолжил Валентин. – Кое-как сделали инъекцию, и на выход. Я даже вытирать не стал, сил не было смех сдерживать.
– Предыдущая смена шалила? – спросил Геворкян.
– Да, там у доктора день рождения был, выпили чаю лишнюю кружку, вот и решил повеселиться. Но самое главное, что начальству никто не продал. Хотя что ему было бы? Выговор, да и то – вряд ли.
– Да, у городских с этим проще, – вздохнул доктор.
Зато у вас пансионат, премия и очередь на жилье короче, чем у меня в гастрономе за сливочным маслом. И заказы по пятницам – собственный магазин открывать можно. За это можно и пожертвовать шансом заниматься бодиартом на задницах пациентов.
Как начинается воскресный день у работника скорой помощи? Правильно, со звонка бывшей.
Прямо с утра восемнадцатого июня мне позвонила Томилина. Привет, как дела, трали-вали. А я на смене, думаю, надо звякнуть. А ты куда пропал?
Последний вопрос поставил меня в тупик.
– Вообще звонил. Но твой папа вежливо так отшил.
– Ну он погорячился, – заторопилась Лена. – Родители переживают сильно, так что…
– Ясно. Был на военных сборах. Только вернулся.
– Ой, какой ты молодец! Это надо отметить. Давай куда-нибудь сходим?