глава 1
рок магии проходил замечательно. Я сидела и внимательно слушала мистера Смита — мужчину в круглых очках и строгом сером костюме. Всё шло хорошо, но меня раздражали белые перчатки, которые мы должны были носить.
Если бы я могла снять их и прикоснуться к чему-то, то почувствовала бы тепло и лёгкость, как будто я трогаю что-то очень близкое и родное. Но я боялась, что одним лишь касанием могу потерять это, и от этого становилось только хуже.
Я злилась и смотрела на свои руки. Мне ужасно хотелось снять эти перчатки и не слушать, о чём говорит мистер Смит. Мне было не по себе, жарко и душно, как будто что-то душило меня изнутри, и не хватало воздуха, чтобы сделать вдох и нормально дышать.
Меня мучила совесть за то, что я хочу снять эти перчатки и почувствовать свободу. Но нам вообще не разрешали их снимать, и от них ужасно чесались руки. В академии всё было запрещено уставом и законом.
Первое правило, которое я всё ещё понимала:
1. Строго запрещено снимать перчатки.
2. Спать нужно в перчатках.
3. Мыть и есть тоже следует в перчатках.
Третье правило было очень опасным и строгим:
Кто посмеет нарушить это правило, будет наказан или лишён магических сил навсегда.
Даже моя подруга и парень, хоть они и виделись часто, переглядывались и писали друг другу записки, не снимая перчаток и не целуясь, как хотелось. Они всё больше злились. Ники хотела всё бросить, и её парень Остин тоже.
Один красивый маг, который тоже носил такие же белые перчатки, как мы, хмуро смотрел на эти правила. Он выругался сквозь зубы и сказал:
- Мда, да пошли они со своими правилами куда подальше... Пусть провалятся нахрен, меня не колышет, что они думают, подумаешь магии решусь и что с того?
Он возмущался, но я стояла и не могла оторвать от него взгляда. Он был выше меня, мускулистый и накачанный — точно не аристократ, как в этой скучной академии.
Как же мне хотелось сбежать, забыть обо всём и снять эти проклятые перчатки! Как же долго я ждала этого момента. И вот наконец этот нудный урок по запретной магии закончился. Профессор Смит, потерев лоб салфеткой, вздохнул и продолжил объяснять, что магию любви и страсти нельзя применять и использовать. Если хотя бы один ученик нарушит это правило и применит магию, то будет строго наказан.
Ректор, мужчина с грубым лицом и сединой на висках, косо посмотрит на всех, вздохнет и решит лишить нарушителя магии. Я не видела, как он это делает, но однажды случайно услышала разговор двух студентов.
— Я слышал, что ректор, господин Флин, сам лишает силы. Не знаю, как он это делает, но говорят, что это очень жестоко и больно. После этого чувствуешь себя пустым, как выжатый лимон, без магии и энергии, как будто ты ничтожество, — сказал один из студентов с ухмылкой.
Его собеседник едва слышно вздохнул.
— Ясно? Да, ты прав, — мрачно ответил он, грустно вздохнув. — Я бы не хотел такой участи, — заявил он.
глава 2
Мы не могли касаться друг друга, но так хотелось снять перчатки и ощутить прикосновение к плечу или лицу, почувствовать вкус поцелуя. Однако я понимала, что если сделаю это, то потом сильно пожалею. Перчатки не позволяли использовать магию страсти, но ректор устно предупредил нас, что можно использовать её в случае опасности. За это не лишат магии и не выгонят из академии.
Перчатки ужасно натирали, и я устала от их ношения. Как только я сюда поступила, я писала отцу письма, просила забрать меня из этой ужасной академии. Но я знала, что сильная и справлюсь. У меня есть друзья Ники и её верный парень Остин, который всегда с улыбкой спрашивал меня:
— Привет, Мэй, как ты? Ты идёшь с нами в столовую?
Я не знала, что ответить. Думала, получил ли отец моё письмо. Вспомнила, как он сидел возле камина, весь серьёзный, и кидал их в огонь, делая вид, что в них нет ничего важного. Но для меня это было важно. Я из рода китая, а в нашей стране не привыкли сдаваться. Мы не со всеми дружим и заключаем мир. В моей стране хорошо, но она наполнена очень разными людьми. Отец — глава фан-клуба компании, занимающейся недвижимостью и финансами. Я, как его дочь, должна стать следующей после него, как только закончу эту дурацкую академию и займу его место в компании.
— Остин, у меня дела, давай завтра, просто нет настроения, — сказала я, не желая обижать его. Он печально надул губы, фыркнул и весело опрокинул.
— Хорошо, тогда до завтра, — сказал он и умчался на обед.
Аппетита не было совсем. Я смотрела на свои руки, на которых были одеты белые перчатки. Наша форма была обычной: белая рубашка, сверху красная жилетка-безрукавка. Я всегда замечала, что красный неплохо сочетается с белым и чёрным. На мне была чёрная юбка до колен, гульфы и коричневые туфли, как из фильма «Гарри Поттер», где девушки тоже носили такие юбки. Но мы были без мантии, не надевали её, нам это было не нужно. Руки украшали белые замшевые перчатки, под которыми ты ничего не чувствуешь, только можешь пошевелить пальцами.