— Ну и зачем это всё? — голос серьезный, даже слегка прохладный.
— Что именно?
— Эта ссора. Малыш, ты же старше. Должна быть умней.
— Не знала, что разница в восемь лет — это целое поколение, — фыркаю и наконец-то нахожу то, что искала.
Макс тяжело вздыхает.
— Что-нибудь еще? — не унимаюсь, хотя, наверное, нужно. Но не могу.
— Она — ребенок.
— Ей девятнадцать, а не девять. Она всё прекрасно понимает и знает, на что давить.
Макс забирает у меня пластыри с антисептиком. Складка между бровями становится только глубже.
— Это просто ваза. Я ее заменю. Скажи, где заказывала, сегодня же позвоню туда, — ставит перед фактом и тянется за моей ладонью.
Я не даюсь.
— Это не просто ваза, — шиплю. — Это — моя ваза. Уникальная ваза, которую я… Которую я привезла в наш дом, чтобы украсить его… Чтобы, — осекаюсь.
Я не буду говорить про всю ту глупую романтичную чушь, которую вложила в эту чертову вазу. Зачем? Ради чего?
По большому счету, дело даже не в ней, а в отношении Макса ко мне.
— А что еще заменишь? — вместо оправданий иду в атаку. — Кожу мне заменил, правильно? Теперь вот вазу. Что еще?
— Ива, — Макс смотрит на меня с предупреждением.
— Может, изменишь прошлое, м? Ну ту его часть, где я знать не знала, что трахаюсь с женатым мужиком. Чернила на документе о разводе еще не успели высохнуть, а ты меня уже повел в ЗАГС.
— Что за херню ты сейчас городишь? ПМС?
— Да, блядь! Всё дело именно в ПМС! — окончательно выхожу из себя.
Макс не позволяет мне его обойти и тем самым уйти из ванной. Преграждает путь, давит своим тяжелым взглядом.
— Тебя это еще не заебало? У тебя есть всё. Я не понимаю, что еще мне нужно сделать, чтобы ты перестала себя так вести.
— Врать меньше надо было! Врать! Это для начала. Ну и еще не помешало бы хоть иногда ценить меня.
— А я тебя не ценю? — брови Макса медленно ползут вверх. — Комплиментами тебя осыпаю. Трахаю. Всё лучшее — тебе.
— «Охуенная» — это не комплимент.
— Ну извини, что у меня язык не помело. Хуйню городить не умею. Ты просто охренела, малыш. Я ничего не говорил тебе про свой брак, потому что знал, что скоро разведусь. Так и случилось. Я женился на тебе.
— Я бы так ничего и не узнала, если бы она не выплеснула на меня кислоту, так?
Мое сердце колотится. Злость пульсирует в венах. Смотрю Максу прямо в глаза. Пусть не думает, что я боюсь.
— Всё уже в прошлом.
— Для тебя. Дай мне пройти.
— Ты же знаешь, я тебя никуда не отпущу, — цедит.
— Даже в собственную спальню? — приходиться приложить немало усилий, чтобы губы изогнулись в ироничной улыбке.
Мы сверлим друг друга немигающим взглядом. Оба тяжело дышим. Губы Макса так крепко сжаты, что кажутся почти белыми.
В конце концов, он отходит чуть в сторону, и я тут же ускользаю из ванной.
Желание куда-либо завтра ехать у меня, конечно же, быстро отпадает.
Глава 9.
Ива
— Перестань ломаться и давай собираться. Нам скоро уже нужно выезжать, — Смолин опускает руки на изножье нашей кровати и смотрит на меня недовольным взглядом.
Совру, если скажу, что его взгляд совсем уж никак на меня не действует. Действует. Внутри всё чуть-чуть дрожит от страха. Тем не менее мне хватает выдержки, чтобы сохранить на лице маску безразличия.
— Я не ломаюсь. Просто сегодня хочу остаться дома.
— Нет, ты сейчас пытаешься сделать мне назло.
— Извини, но я лучше знаю, что делаю и почему.
Ни в одном своем слове я не лукавлю. Еще вчера во мне кипел гнев и капля обиды. А сегодня… сегодня уже просто всё равно. Порезанные пальцы заклеены пластырями. С вазой в своих мыслях я попрощалась.
Сегодня воскресенье, поэтому я со спокойной душой валяюсь в кровати и читаю книгу.
Опускаю взгляд на строчки, медленно переворачиваюсь на живот и прижимаю подбородок к раскрытой ладони.
Макс всё еще смотрит на меня. Я слишком остро научилась ощущать его взгляд. Почти уверена, что он скользит по волосам, спине и задерживается на голых ягодицах.
— Малыш, время идет, — слышу всё такой же серьезный голос с едва уловимой хрипотцой.
— Ага. Желаю вам хорошо повеселиться, — скучающе отвечаю и перелистываю страницу.
— Ты из-за гребанной вазы еще неделю со мной не будешь нормально разговаривать?
— Да я в принципе забыла, когда мы нормально разговаривали. Да и не в вазе дело.
— А в чем? С хера ты решила вспомнить о том, что давно закончилось?
— Не знаю, твоя дочь просто навеяла неприятные воспоминания.
Я не дергаюсь. Не смотрю на Смолина. Я расслаблена. Даже слишком для такой ситуации. Мой голос звучит ровно и спокойно. А Макса… Его, кажется, немного покачивает.