Макс внимательно смотрит на меня. Наблюдает. Я по-прежнему спокойно справляюсь с таким повышенным вниманием со стороны своего мужа. Но змейка уже превращается в огромную анаконду и медленно начинает меня оплетать, сдавливать.
Я уже убедила себя в том, что наш недо-поцелуй с Рунаевым — ошибка. Незначительный эпизод, который просто следует забыть. Но меня почему-то до сих пор бросает в холодный пот от одной только мысли, что Макс может узнать об этой ситуации. Вряд ли он к ней отнесется как к чему-то пустяковому.
— С таким кадром лучше дел не вести. Реклама — ок. Дальше — нет.
Мои брови от удивления медленно, но уверенно ползут вверх.
За окном красивое солнечное утро. Я чувствую себя бодрой и полной сил. Макс лично приготовил для нас вкусный завтрак. Я и в самом деле осторожно, но всё-таки начинаю верить, что мы сможем сберечь наш брак.
Но моя вера тут же покрывается пока еще тонкой, едва заметной паутинкой трещин.
— Да с каким «таким кадром»?
Во рту исчезает мягкий привкус слабосолёного лосося и возникает странная горечь.
— С ненадежным, — веско отвечает Макс. — Он проебался на начальном уровне. Не перепродал свой маленький бизнес, который прокачал до максимального уровня, а именно проебался. Теперь взял планку выше, а значит и проеб будет больше. Не умеешь в бассейне плавать, незачем лезть в открытый океан.
— У него отлично идут дела. И я не понимаю, почему тебе не всё равно, что там у него происходит с бизнесом.
— Потому что фигурирует твое имя, малыш. Я не хочу, чтобы оно фигурировало в момент очередного проеба этого позёра.
— Мое имя? Может, ты не хочешь, чтобы это бросило тень на твое имя?
Несколько секунд мы молча смотрим друг на друга. Напряжение за столом начинает увеличиваться. Скоро начнет еще и трещать.
— Я неисправимая, — иронично улыбаюсь. — Подумала, что ты обо мне беспокоишься, представляешь? А ты, как всегда, в своем репертуаре.
Отодвигаю стул. Его ножки противно скрепят по полу. Встаю.
— Малыш, — Макс ловко ловит меня за запястье и не дает уйти из столовой. — Давай только без спектаклей. Я забочусь о тебе. Ты неопытная. Это нормально. Я тебя направляю. Тебе не нужно это партнерство. Хочешь, бутик? Будет. Я всё организую.
— Мне он не нужен для галочки, — пытаюсь высвободиться, но делаю только себе больней. Кожа под жестким захватом начинает жечь. — Я хочу развиваться.
— Развитие с таким бизнес-партнером тебе не светит, малыш.
Я предпринимаю еще одну попытку и на этот раз высвобождаюсь. Кожа на запястье горит и краснеет.
— Почему? Потому что у него не с первой попытки удалось стать успешным? Прости, Макс, но не всем так везет, как тебе, — слегка прищуриваюсь. — Ты родился в обеспеченной семье. Приумножил то, что создал твой отец. Только почему-то женился на такой голодранке, как я. Может, наше… хм… сотрудничество тоже тебе на пользу не пойдет?
Я брызжу ядом и прекрасно это понимаю. Останавливаться мне не хочется.
— Малыш, причем здесь наши отношения?
— А почему нет? По сути, логика одна и та же.
— Рунаев — неудачник и дилетант. А ты его пытаешься защитить?
— Я не защищаю, а просто говорю о том, что думаю. Знаешь, меня уже начинает подташнивать от того, какой ты всезнающий и опытный. Ты не знаешь людей, не хочешь даже узнать их, но уже судишь. Между прочим, Рунаев был на бизнес-форуме. Ты же утверждал, что такие люди как он на подобных мероприятиях не появляются.
Замолкаю. Пытаюсь выдохнуть, но получается с трудом.
В глазах Макса мелькает что-то опасное. Я чувствую, что спалилась. Но в чем? Приезд Рунаева не был тайной.
— Я от своих слов не отказываюсь, — слишком спокойным тоном произносит Макс.
Это немного даже пугает, потому что в глазах его я не вижу штиля.
— Значит, признаешься, что ошибся? — я чувствую, что смогу сейчас продавить до конца.
Мне эта победа не нужна, но и идти на попятную уже поздно.
— Нет. Это также подтверждает и другие мои слова, малыш. Он хочет тебя поиметь, поэтому и приехал. Вполне логично. Бизнесмен из него хуевый. Приходиться изворачиваться, искать другие пути продвижения.
Я поджимаю губы. Шумно выдыхаю через нос и ухожу.
Снова убегаешь? — слышу в своей голове голос Рунаева, пока босыми пятками шлепаю по полу.
Да! Убегаю! Потому что я ненавижу все эти скандалы! Ненавижу размазывать сопли и слезы!
Но я в общем-то и не плачу.
Просто злюсь. Мне обидно. А еще гадко.
Поднимаюсь в спальню. Несколько минут хожу из одного угла в другой. Пытаюсь успокоиться, только вот сердце всё еще бешено грохочет, перекачивая мою злость.