— Не исключено. Может, не я лично замешан, а вот какой-нибудь мой предок — точно.
Меня не задевает ее колкости. Почти не задевают. Преимущественно забавляют, потому что я быстро понял — это ее форма защиты.
Ива делает еще несколько глотков пива и на этот раз почти не морщится.
— Я красивая? — вдруг спрашивает и смотрит мне прямо в глаза.
Пусть я и взрослый мужик, но слегка теряюсь. Почти как тогда, в нашу первую встречу. Не понимаю, как это у Ивы получается. Она кажется, то язвой, то беззащитной, то женственной и хрупкой, то жесткой и деспотичной.
— Нет.
Мой ответ заставляет ее глаза расшириться, а ноздри затрепетать.
— Ты запоминающаяся, — продолжаю. — Не заметить тебя очень сложно.
— Это лучше, чем быть красивой?
— Не знаю. Я просто вижу тебя вот такой.
Не совсем понимаю, к чему был задан этот вопрос, но мой ответ честный. По факту. Без подкатов. Красивые у нее волосы, к примеру. И легкий прищур. Но в целом… У меня нет определенного слова, которое сможет максимально точно описать то, как я ее воспринимаю.
— А какой еще ты меня видишь?
— Напрашиваешься на комплимент?
— Хочу понять, кто я и чего вообще достойна. И достойна ли? Кажется, что нет. Чёрт.
Ива опускает голову и вжимает пальцы в прикрытые веки.
— Забудь. Подарок красивый, но я его не возьму. Мне пора.
Она торопится встать и уйти, но я не позволяю. Ловлю ее и усаживаю обратно за стол.
— Ты решила со мной встреться не для того, чтобы отдать подарок, Ива. Его можно было спокойно выбросить. В чем причина?
— Захотелось хоть на ком-то согнать злость, — отвечает и снова поднимает взгляд на меня.
Не врет. Не очень приятная правда, но не смертельная.
— Муж не подходит для этой роли? — «прикусываю» в ответ.
Хмурится.
Понятно, эту тему поднимать не хочет.
— Он тебя ударил?
Других вариантов у меня нет. Та Ива, которую я привык видеть и эта — существенно отличаются друг от друга. Ее муж на отморозка не похож, но любой вариант возможен.
— Кто? Макс? Он совсем не такой. Ты что?
— Ну до слез же доводит мастерски.
— Ты ничего не понимаешь.
— Потому что ты ничего не говоришь.
Она прячет лицо в руках. Не плачет. Но будто борется с собой. Хочет натянуть маску стервы, но та просто тупо крошится.
— Пойдем.
— Куда? — растерянно спрашивает Ива, когда я беру ее за руку.
— Ты опять вся дрожишь. Я живу неподалеку. Напою чаю, дам плед. Что там еще нужно? Мягкого мишку под бок и сказку про доброго волшебника? Такой набор поможет тебе успокоиться?
— Заранее всё спланировал, да? Поэтому этот бар назвал? Чтобы было проще к себе домой затащить?
— Я просто люблю этот бар, Ива. И кто из нас двоих еще нарцисс?