— Я не могу всех их послать нахуй только потому, что ты так хочешь, — шепчет и прижимается своей обнаженной горячей грудью к моей спине.
По коже мурашки. Приятные или нет, ответить сложно.
— Мы не только друзья, но и партнеры. Не забывай.
— А ты не забывай, что я — твоя жена, — напоминаю и тут же прикусываю губу, чтобы не выдать дурацкую дрожь в голосе.
— Малыш, у нас разница в возрасте в пятнадцать лет, но это не отменяет того факта, что мы оба взрослые люди. А ты сейчас ведешь себя как маленькая капризная девочка. У тебя есть всё, но ты постоянно просишь еще и еще.
— Я прошу только об одном, чтобы твои друзья засунули свои языки себе глубоко в задницы, — психую.
Хочу подняться, но Макс ловит меня, вжимает в матрас и нависает сверху. Я чувствую его теплое ментоловое дыхание на своей коже. Чувствую, как пальцы сжимают мои запястья.
Прикрываю глаза. Если хорошенько постараться, можно сделать вид, будто у нас всё хорошо.
— Ты же знаешь, этого не будет, — усмехается и ведет кончиком носа по моей щеке. — И бросай уже курить. Я эту вонь чувствую даже сквозь гель для душа и шампунь.
— Я уж как-нибудь сама разберусь: бросать мне или нет. Сам-то тоже куришь.
Злюсь. Тяжело дышу.
Понимаю, что по-моему Макс делать не будет и его друзья/коллеги продолжат перемывать мне кости.
— Мне можно, а ты свой охуенный природный запах кожи портишь, малыш, — слегка севшим голосом комментирует Макс и принимается меня целовать.
Неторопливо. Щека. Нос. Затем губы.
Сначала я сопротивляюсь. Намеренно не разжимаю губы. Пусть добивается меня хоть так, чёрт побери.
— И грудь у тебя тоже охуенная. Кайфую от нее. Естественная и такая мягкая, — шепчет и спускается, чтобы облизать мои предательски затвердевшие соски.
Это всё привычка. Отголосок нашей счастливой в прошлом жизни.
Макс отпускает одно мое запястье, берет за руку и кладет на свой уже каменный член.
Мне никогда не приходиться его долго заводить. Всегда реагирует на меня очень бурно и остро.
— Давай-ка поработай, малыш, — шепчет и перемещается к моему другому соску.
Я провожу вдоль ствола, невольно всхлипываю, когда Смолин сжимает губами сосок и тянет.
— Вот так, — поощряет меня очередным поцелуем в губы, а за тем выпрямляется и переворачивает меня на живот. — Приподнимись.
Коленно-локтевая — его любимая поза. Раньше я тоже от нее неимоверно кайфовала. Сейчас… м-м-м… не очень.
— Приподнимись еще.
Подчиняюсь, потому что иначе не получается. Вернее, не всегда. С другими проще идти в конфронтацию, с ним — тяжело.
Макс мешкает всего лишь пару секунд, пока раскатывает по стволу презерватив. Затем мажет пальцами по моей промежности, словно активизирует мое тело. Оно подчиняется, потому что привыкло к Максу. Он у меня первый и единственный мужчина.
— Ты со всех сторон у меня охуенная, — шлепок по ягодице слегка обжигает нежную кожу.
Смолин входит в меня резко и глубоко. Я вскрикиваю и прогибаюсь в пояснице. Кроме коленно-локтевой, он любит еще и жестко. В пределах разумного, но без излишней романтики. Задает темп. Врезается в меня. Сжимает одной рукой бедро, другой ласкает мой клитор. Любит, чтобы я кончала. Всегда. Это явно повышает его самооценку.
Стараюсь не стонать, но это сложно. Очень. Особенно, когда Смолин так умело надавливает на все мои чувствительные точки.
Пошлые шлепки влажной кожи, тяжелое дыхание и жар по венам.
Я хочу получить эту разрядку. Хочу слышать рык Макса, потому что только в момент нашей близости он искренен. В остальное время — лживое дерьмо.
Смолин увеличивает темп движений, надавливает на мой клитор, и я вскрикиваю. Оргазм мощной волной прошивает низ живота и вынуждает пальцы на ногах подогнуться. Макс сжимает мои бедра обеими руками, вколачивается в меня на всю длину и грязно матерится, бурно кончая.
Уже наперед знаю, что на коже останутся следы от пальцев. Когда Макс входит во вкус, почти никогда не рассчитывает силу.
Я обессиленно падаю. Пытаюсь отдышаться. Сердце всё еще бешено колотится, а бедра инстинктивно сводятся, чтобы поймать последние отголоски оргазма.
Макс снимает презерватив, уходит и когда возвращается во второй раз, снова выглядит серьезным и собранным, будто это не он только что меня трахал и ловил кайф от процесса.
— Друзья в моей жизни надолго, партнеры тоже, ты — тем более, — сообщает и удобно укладывается на своей половине кровати. — Поэтому прекрати устраивать демарши и просто привыкни. Ты — моя жена, как сама же правильно подметила. Навсегда. Без вариантов.