Неизвестно, сколько продолжалась бы к нему моя ненависть, если бы не неожиданный поворот судьбы. Стас уехал на операцию. По сути у Влада временно пропал повод для насмешек надо мной, а тут ещё начали форситься* фильмы по типу «Три метра над уровнем неба» и всяческие шиппы* враждующих сторон. Тут еще под ухом Меди, которая почему-то решила, что я нравлюсь Владу. Это была самая очевидная глупость, но я над этим задумалась. Не спорю, возможно, я представляла для него интерес, но как решебник, не более.
Однако, насмотревшись «Сумерок», вообразив себе, что я «особенная» и он – тоже. Поверила в эту блажь.*
И тут ещё, как на зло, Влад начал со мной нормально общаться. Я скинула ему пару игр на телефон, так и закрутилось, а точнее – меня понесло просто в пропасть идиотизма!
Я начала следить за ним во время прогулок с подругой. Так случилось, что он гулял в том самом дворе, где мы качались на качелях и слушали музыку. Я обожаю это занятие до сих пор. Когда качаешься, чувствуешь такую лёгкость, будто у тебя вырастают крылья за спиной. Можно фантазировать себе всякие романтичные глупости, чем я и занималась. Я представляла, как Влад чувствует меня, между нами какая-то невидимая связь... Ну да, связь. Моя эмоциональная к нему, правда, в одну сторону.
Влад был смышленым и начал активно наблюдать за мной. Я наивно полагала, что он влюбляется, ведь я ему интересна. На самом деле этот «хитрый лис» изучал меня и делал какие-то свои выводы. Его загадочный взгляд притягивал меня к нему, словно магнит. Я дурела на глазах, мои мысли были очень далеки от реальности. Эти ощущения какого-то адреналина, влюбленности и глупости. Мне так нравилось терять над собой контроль, потому что я думаю на мне сказывался «синдром хорошей девочки», где я всё контролировала и была серьёзной, а сейчас можно было «проветрить» голову.
В очередной раз, когда я с подругой наблюдала за ним из-за угла пятиэтажного дома, моё чувство азарта к ситуации было не остановить. Подруга предупредила меня, что нас спалят, но мне было глубоко наплевать. Вроде страшно и стыдно, но в то же время очень хотелось поговорить с ним, заглянуть в его глаза, в которых «плясали черти». Мне кажется, я уже просто обожала этих чертей.
Влад спалил меня, когда я подкралась достаточно близко. Мне стало так неловко и жутко стыдно, потому что объяснить своё сталкерство* я не могла. Я побежала очень быстро, он погнался за мной, но догонять меня не стал, лишь свистнул и попросил остановиться. Я замерла, потому что осознавала, что бежать бессмысленно. В конце концов я ничего плохого не сделала, просто искала повод с ним пообщаться.
- За Саньком следишь? – ухмыляясь своим лисьим оскалом, спросил он. Они гуляли почти всей компанией.
- Да, а что? – ответила я, стараясь не смотреть в его сторону. Стыд какой! В этот момент мне безумно захотелось отмотать время назад, чтобы не действовать так безрассудно.
- Ничего, – сказал он и взглянул мне в глаза. – Ты Санька любишь ещё? – вдруг спросил меня Влад.
Я очень растерялась. Я не знала, как правильно ему ответить, ведь мне так хотелось ляпнуть, что уже и нет, что теперь мне нравится он, но я понимала, что это будет глупо, и скорее всего Влад посмеётся надо мной, поэтому я ответила:
- Да, люблю, – я старалась выглядеть спокойной, но вряд ли у меня это получалось. Я ловила себя на мысли, что люблю уже их обоих. Короче, в голове просто какой-то «пубертатный бум», если можно так выразиться.
- Понятно, – как-то задумчиво ответил Влад. – Ладно, ещё увидимся. Я пойду.
Парень ушёл обратно к своим друзьям, а я стояла и думала, зачем он об этом спросил? Поговорив с подругой, я уже мысленно ругала себя за то, что так ответила, ведь нужно было сказать: «Нет» или «А тебе зачем?» Но в тот момент я совсем растерялась.
Стоит отметить, что следила вместе со мной другая подружка по имени Вика. Девчонка с карими глазами и тёмными волосами по плечи. Её личико напоминало мне мордочку Чихуахуа*. Она, кстати, обожает собак. У неё был своеобразный характер. Вика привязывалась к друзьям, как к родственникам. Учитывая, что ради меня она оставила свою единственную подругу, потому что мы не могли подружиться втроём, это о многом говорило. Правда, проблема наша никуда не девалась, потому что теперь Вика не могла сдружиться с Меди, и меня постоянно пытались поделить, жутко ревнуя друг к другу. Мои отношения, будь то дружеские или романтические, постоянно сказывались на моей репутации.