— В больницу его надо, — сплюнул кровь на землю Танер, стоит отметить, по лицу он получил меньше остальных, крови на лице, меньше, чем на разбитых кулаках, чего нельзя сказать об Анри.
Вероятно, вспоминалось ему плохо, потому что тот неплохо получил по голове, и его, ранее, почти модельное лицо, сложно было узнать из-за припухшего глаза и разбитой губы. Если бы не кровь, лицо Озгюра было бы фиолетово-синим, из-за огромного количества ударов по нему. Я по морде тоже получил, поэтому прекращу оценивать чужую привлекательность.
— Твоя машина в болоте, нужно идти к дороге, искать попутку, — предложил я, разглядывая умирающего Сеита, к моему счастью, он тоже разглядывал меня, не теряя сознания. Хотя помимо ножевых ранений у него разбита голова, из которой торчат маленькие кусочки стекла, после его эффектного выхода из окна.
— Кто нас в таком виде повезет? — Задал резонный вопрос Озгюр, всё ещё стараясь отдышаться, его рыжие волосы у висков смешались с кровью и теперь он старался отлепить их от лица.
— Разве мы можем сообщить обо всём этом в больницу? Тогда полиция не отстанет от нас, — отвлекся от мыслей о первой помощи Анри.
— Ты сможешь что-то сделать с ним?
— Здесь? Точно нет. И неплохо бы иметь человека с каким-то опытом, один я не справлюсь.
— В полиции мы не сможем сказать, что расследуя дело, которого на самом деле нет, ведь они послали с этим нашу семью куда подальше, влезли в это, — выругался Озгюр.
— Зато есть шанс, что они поверят и откроют дело, — настаивал Анри, прижимая к кровавой ране друга снятую с себя рубашку.
— Нет, — вдруг сказал Танер. — Они напрочь уверены, что это самоубийство, если узнают о Сеите, то спишут на разбой из-за наркотиков, придумают историю, и расследовать не будут, но тогда и мы получим своё. Нельзя чтобы они узнали.
— И что ты предлагаешь? — Взрываюсь праведным гневом я, поднимаясь на ноги, от чего боль в боку усиливается. За свою рану я не беспокоился, зная, что органы не задеты, хотя стоило переживать из-за крови. В конце концов меня ранили ножом, коим до того убивали заядлого наркомана. — Оставить его умирать?
— Нет, вспоминать знакомых врачей, кои должны иметься у Анри, учитывая род его деятельности, и привозить его сюда.
— Не думаю, что кто-то ввяжется, это попахивает криминалом, и здесь ничего нельзя сделать, нужно оборудование. Есть только один вариант, и тебе, Биркан, он не понравится, — загадочно начал Анри.
— А вам в этой истории что-то нравится? Будет делать всё, что возможно.
— Есть один доктор, который в принципе, по идее, сможет нам помочь. И там даже есть доступ к операционной. Но договориться с ней может только Кадер.
— Ничего не понял.
— Кадер лично знает сестру Нихан, та работает в мелкой больнице, там есть какое никакое оборудование, если хорошо уговорить, то она никуда не сообщит.
— Ты не сможешь договориться? Нельзя вмешивать в это Кадер.
— Кадер хотя бы знает об этой ситуации, о расследовании, а Нихан ничего не знает, ей придеться дольше объяснять, чем получать помощь, а мы не можем медлить.
— В любом случае, нам нужно уезжать, операционная сама к нам в эту глушь не приедет. А так как вариантов не остается, я звоню Кадер, пусть возьмет какую-нибудь из твоих машин и приезжает за нами, — внёс безумное предложение Танер, из-за чего я был готов ввязаться во вторую драку.
— Она не умеет водить, и я не могу так рисковать ей.
— Умеет, говорила, что умеет, Биркан, у нас нет другого выбора. Сообщать кому-то из ваших семей? Сомневаюсь, что это лучший вариант, и они не обратятся в полицию самостоятельно из страха за своих детей.
— У нас есть водитель, он приедет и никому не сообщит, — пытался я найти решение проблемы, минимально впутывая Кадер. Одно дело договориться с кем-то по телефону, и совсем другое нестись по незнакомому маршруту, имея минимальные навыки вождения и видеть всё это безобразие, совершенно не стоящее её беспокойства.
— Не хочу тебя расстраивать, но сегодня мы видели Ферхата на вашей ферме, он заезжал за вещами, у него отпуск и он собирался к родственникам в Измир.
— Чёрт, — не выдержал я, хотелось разорвать этот мир от злости.
— Набираю Кадер, — тут же сказал адвокат, понимая, что это наш последний вариант.
— А я пока сделаю всё возможное, чтобы Сеит дожил до приезда в больницу.
Девушка примчалась через полчаса, хотя мы сами добирались час, испуганная, взволнованная, готовая взорваться от страха. По дороге она неслась на последней скорости, что ещё больше испугало меня, она ведь могла разбиться, желая помочь нам.