Вместе с Танером приходит его младшая сестра, с каждым разом их общение с Озгюром теплеет, и пока всем нам приходиться слушать Танера или Сурию, Озгюр и Бурсу что-то весело обсуждают.
Однажды обменявшись взглядами с девушкой, я всё поняла, она давно влюблена в младшего члена семейства Бетлюч, но, судя по всему, раньше он не обращал на неё внимания.
— Мы же к ним поедем? Надо переодеться, иначе мадам законодательница мод, начнёт фыркать при виде нас.
— Адрес не тот, хотя, они могли и сменить место. Это на улице, что-то вроде парка, беседка, украшенная цветами, и тому подобное, Биркан устраивал там моё представление обществу.
— Понятно, хотят провести последние тёплые дни на природе, что-ж, хорошо, будет какая-то приятная часть в этом дне. Но я в любом случае переоденусь, поедешь со мной домой, заодно напечатаешь с Айлин кукол.
Через час мы, зарядившись хорошим настроением, прибыли на место. Нихан надела неподходящее для прогулок платье, блестящее, лиловое, короткое, и чтобы не выглядеть глупо, дала мне что-то похожее, желтое, облегающее платье, длиной до колена, будто мы собирались идти в клуб, а не играть в настольные игры в беседке, под скучные рассказы бывшей модели.
— Ты уверена, что мы правильно приехали? — Спросила подруга, держа меня под руку. Вместе мы рассматривали место прибытия, не до конца веря своим глазам.
— Адрес тот, и место то, о котором я думала. Только как-то слишком красиво здесь.
— Или это чья-то свадьба. И нас так странно пригласили сюда.
— Людей же нет, посмотри, мы тут одни.
Ещё раз осмотрелись, с некоторым испугом, словно шли не по удивительно украшенной тропе, а ночью, по сомнительному, криминальному району, ожидая встретить маньяка за любым поворотом.
Вся территория украшена цветами, живыми, издающими необычный аромат, который я впервые чувствовала. Подруга будто подходила по цвету к этой атмосфере. Всё нежно-лиловое, или белое, блестит, переливается.
Тонкие, словно нити, лианы цветов, подвешенных на едва заметной конструкции над нашими головами, тянутся до самой земли, оставляя после себя восхитительный свежий аромат, бархатистый, опьяняющий, словно так не могли пахнуть бутоны, какими прекрасными бы они не были.
Мы ступаем по расстеленной на траве дорожке, соответствующей общей тематике, тянущейся до самой беседки, аккуратно выкрашенной белой краской, украшенной сотнями мелких светильников, словно звёздами.
Я не понимаю, что это за цветы, похожи на орхидеи и на лаванду, пушистые, мягкие бутоны, почти белых цветов, словно лиловый цвет влили в них флуоресцентную краску, едва заметный отблеск. Кажется, если погасить эти фонарики, рассыпанные по всей поляне, и вплетенные в лианы, то и лепестки засветятся, таким магическим, слабым светом.
Будто мы попали в сказочный мир, где никогда не бывало людей, где не ступала нога, топчущая живительные ростки и травинки магической поляны, где волшебные существа живут в мире, где нет ссор и предательств. В этом мире есть только пленяющий аромат цветов, и их едва заметный свет, даже тогда, когда солнце заходит, а на смену ему приходит луна, тьма в этом мире не существует.
— Если мы не ошиблись, то Сурия перестаралась с украшением для пикника, — восторженно прошептала подруга, прикасаясь пальцами к растению, словно желая проверить, реален ли он. — Как-будто я во сне. Разве бывает такое в действительности, Кадер?
— Видимо, всё может быть. Кто-то идёт, — дергаю девушку за плечо, едва заметив в беседке чей-то силуэт, плавно перетекающий в узнаваемую фигуру при приближении.
— Добрый вечер, — как-то нехарактерно для себя проговорил Биркан. Я так и не поняла до конца, что в этой безобидной фразе было не так. Так же, как не могу объяснить, почему в этот момент ощутила пропасть между нами, увидела в своём возлюбленном другого человека, едва знакомого.
Это чувство напугало меня, ошарашило, возмутило. Почему это произошло? Из-за чего я ощущаю миллион игл, торчащих из моего тела? От чего я слышу хруст собственного сердца? Откуда взялся тягостный, вялый, молящий скрип души?
— Это ведь не чья-то свадьба? — Не поздоровавшись в ответ, задумчиво, напугано, спросила девушка.
— Не волнуйся, — улыбается своей неестественной, якобы приятной улыбкой, от которой разит холодом, но почему-то никто, кроме меня, не ощущает этого. — Нихан, не могла бы ты нас оставить? Иди в беседку, мы скоро подойдём.
— Как хотите, — пожала плечами девушка, не понимая, что происходит, через плечо мимолётно взглянула на меня, и направилась вперед, по тропе света и благоухания чудеснейших цветов.