И вот, дома то же самое! Только в роли «коммунистов» белая девочка, затем он – ясно ведь, для чего его сюда притащили! Причем из слов шерифа понятно, что тут уже на конвейере процесс идет – в исполнении здешних копов, да еще под командой прокурорского чина! И давно – что Зак про «потеряшек» в Де-Мойне говорил? Только на алтарь тащат – не коммунистов, а кто под руку попадет. Они что, рехнулись тут все? Как Ривера рассказывал:
– У краснокожих было когда-то, они своих на алтаре резали, в жертву своему божку. Верили, что иначе солнце утром не взойдет. Дикари, язычники – как те, что дьяволу поклоняются. После белые пришли и это непотребство прекратили.
Ладно, о боге после будем думать! А сейчас, может, жизнь негра и дешева – но своя, для Натана, была бесценна. Этих сумасшедших трое, и все заняты – двое копов держат девчонку, а главнюк, наверно тот самый, прокурорский, с занесенным ножом, тоже смотрит на камень, где жертва лежит. И больше тут никого не видно, что странно, а капеллан-то ихний со своей паствой тогда где? Ну, если только, за этими кустами, скрытые посты по периметру… так это же не Вьетнам? И если бы тут еще были люди из этих «святош» – то где машины, на которых они приехали? Солнце село уже, темнеет, свет лишь от фар – если сейчас вскочить и бежать… нет, тут до зарослей шагов двадцать, а копы наверняка вооружены, вон у этого типа вижу карман характерно оттопырен. Да и если удастся сбежать – он тут никого не знает, а копы, к гадалке не ходи, объявят облаву на беглого преступника. Ещё и смерть этой малолетки на него повесят – и уже федералы будут ловить его по всем штатам. Так что придется по-плохому!
Натан повернулся на бок, чтобы копам не были видны руки за спиной. Под ладонь попало что-то твердое – о, удача, булыжник! Подобрать ноги, чтоб быстрее подняться – один из копов покосился неодобрительно, но ничего не предпринял, занятый удержанием жертвы. Или уже не успел – веревка лопнула, и через мгновение негр уже был на ногах и совсем рядом. А в следующий миг коп упал с разбитой головой – Натан еще с малолетства усвоил, что будь ты хоть чемпионом бокса, но что-то тяжелое в руке намного лучше голого кулака!
Тот, кто был главным, даже не успел понять, что произошло. Лишь начал оборачиваться, когда Натан от всей души врезал ему сбоку в челюсть. Противник обмяк и сполз наземь – нокаут!
Оставался третий, самый опасный – потому что успел выхватить из кармана пистолет. Но белая девчонка на камне взбрыкнула ногами вверх, попав по руке копа – и пистолет улетел куда-то в темноту. У врага был шанс, вступи он в драку – коп был рослый и здоровый, физически не слабее Натана! – но он метнулся вслед за оружием и опустился на четвереньки, шаря руками по земле. Негр прыгнул ему на спину и ударил камнем по затылку, брызнула кровь.
И тут по ушам ударил визг. Девчонка кричала, как та мисс в древнем храме, при виде обступивших ее чудовищ – из фильма, что Натан успел посмотреть в Сан-Франциско (надо же как-то развеяться, вернувшись домой). Наверное, он и выглядел сейчас как монстр – забрызганный кровью, в боевом кураже, и при таком освещении?
– Мисс, не бойтесь! Я не причиню вам вреда!
Он помнил присягу, которую принимал ещё в Пэррисе – «хранить и защищать Конституцию Соединенных Штатов от всех врагов, внешних и внутренних» – и когда это мелкие девчонки успели стать врагами Америки?! Коммунисты что, уже и американских детей себе в шпионы вербуют, прямо у нас дома – так здесь же не Вьетнам!! Или эта девчонка, если не сама коммунистка, то дочка кого-то из местных коммунистов… но тогда тем более, – и её, и всю её семейку Комиссия и ФБР трясти должны, а не… вот это… если только здешние законники и правда не спятили вконец – ну как в той истории с салемскими ведьмами – наслушались проповедей «святош» и хватают первых попавшихся? И стоит уложить ее рядом с копами, и бежать отсюда подальше и поскорее?!
Нет, нельзя!! В Штатах все знают, что убийцы копов электрического стула не минуют – даже белые. Детоубийцы – тоже. А что сделают с негром, посмевшим завалить сначала белую малолетку, а потом, будучи застигнутым на месте преступления, еще и двух копов, и прокурорского в придачу – именно так решат федералы, да еще и попытку изнасилования приплетут! – это никакого воображения не хватит представить, но одно ясно: до суда и тюрьмы он не доживет! Ловить будут по всем Штатам – и еще повезет, если просто грохнут «при сопротивлении». В сорок девятом было, Томми Флойд, приятель Натана, на соседней улице жил, всего лишь ударил копа (по словам самих же копов), и после семье выдали тело, как сквозь мясорубку пропущенное, «умер в полицейском участке от сердечного приступа». Так что Натану будет легче сейчас взять ствол, до которого тот коп так и не дотянулся, и застрелиться – выйдет быстро и без мучений. Или же – если эта мисс не коммунистка – а она, хоть и растрёпанная вся, но сразу видно, из приличных, – то кому-то из правильных белых точно не понравится, что копы приносят в жертву даже таких? И этим уважаемым людям может пригодиться и он, живой, как свидетель! То есть эта мисс – его шанс остаться живым. Может, и не слишком большой – но иначе нет никакого.