— Ты куда?
— Расскажу все родителям. На меня тебе плевать, но отца ты не ослушаешься.
— Только попробуй, — прошипела сестра, растеряв усталость и ловко вскочив на ноги. — Лена, ты не понимаешь, какого шанса лишишь меня… нас, — она шла за мной, не стесняясь того, что была лишь в одном белье. Хотя о чем это я. Маша и стеснение — две противоположности.
— Если он на тебя клюнул, то ему должно быть плевать, какое у тебя имя. Ты так не думаешь? Чего же ты боишься? Что в этот раз мужчина выбрал не тебя? М?
— Ну ты сучка! — Маша догнала меня и дернула за руку. — А представь, что Котов с тобой сделает, когда узнает, что ты разрешила воспользоваться своей личностью?
— М-м-м, понятно, перешла на угрозы. Он сделает это не только со мной, но и с тобой, — сказала я, обернувшись и встретившись с её ярким, полным бешенства взглядом. Внутри у меня разгорелся пожар — затопила волна гнева и предательства. Маша с легкостью обеспечивала себе комфорт, невзирая ни на что. — Тебе ведь плевать на судьбу. Ты хочешь уберечь свою задницу.
— И что? Почему я должна беспокоиться о ком-то другом? О тебе? Так ты сама не хочешь ничего менять. Это шанс! Сергей может помочь мне изменить жизнь. И без тебя я не получу этой возможности.
— Ты забираешь мою жизнь, — произнесла я по слогам. — Обманываешь человека. И вы очень похожи.
— Ты беспокоишься о Котове? Поверь, не стоит.
— Не тебе решать, что стоит моего волнения, а что нет.
— Ты просто не знаешь, что это значит. Котов — это наш билет в другую жизнь. Я могу стать кем угодно рядом с ним!
— Он узнает правду.
— Конечно, ты же честная. Обязательно ему расскажешь.
— Правда всегда всплывает, Маш.
— Говно всплывает. А правда у всех разная.
Слова Маши поразили. Я всегда знала, что она способна на манипуляции, но такая прямолинейность и нахальство удивили даже меня.
— Готова на всё ради этой «другой жизни»? — спросила я, глядя ей в глаза.
Она засмеялась, но в её смехе не было радости — лишь горечь и цинизм.
— Ты тоже станешь готова, когда не сможешь позволить себе поддерживать привычный уровень жизни. Поверь.
— Откуда тебе знать? Ты ни дня не работала.
— Как и ты. И именно поэтому я хочу решить проблему заранее.
— Решай, Маш, но без моего участия, — я направилась к лестнице, ведущей на первый этаж.
— Лена, стой! Дай мне два дня.
— Зачем? — я остановилась на верхней ступени.
— Придумаю, как все сделать нормально.
— Нет, — ответила я, продолжив спускаться. — Я сегодня все расскажу родителям.
— И что? Думаешь, они позволят тебе поговорить с Котовым? Да они попытаются все скрыть.
Маша отчасти была права. Судя по тому, как вел себя отец за ужином, его положение действительно было шатким. А если вспомнить, что “дядя Сережа” остался в нашем доме после всего, что произошло между нами, отец побоится открыть обман. Но и я не хотела лишаться своей жизни.
— Мам! Пап! — крикнула я, сбегая по ступеням, когда в холле раздался грохот выбиваемой двери и в дом ввалилось с десяток вооруженных мужчин в масках.
Сердце заколотилось в груди, и я замерла, не в силах поверить своим глазам. Что происходит? Я бросила взгляд на Машу, которая стояла на верхней ступеньке, ее лицо было бледным как мел.
— Лена, — прошептала она, — нам нужно уходить!
Но было слишком поздно. Один из мужчин, кажется, самый старший, произнес командным тоном:
— Всем на землю! Быстро!
Я инстинктивно сжала кулаки, но не могла определить, что делать. В голове гудело от ужаса.
— Нет, стойте! — закричала я. — Кто вы? Что вам нужно?
Мужчина в маске медленно повернул голову в мою сторону.
— Не умничай, девочка, — сказал он хриплым голосом. — На землю, — дулом автомата указал в пол.
По спине скатились ледяные капли. Осознание, что эти люди не шутят, накрыло меня. Мое тело будто неслышно шептало: надо бежать. Я взглянула на Машу и в ее глазах прочитала то же самое.
Все вокруг закрутилось, как в кошмаре. Вдруг один из мужчин бросился в сторону лестницы, схватил меня за локоть, дернул.
— Быстро! — скомандовал он. — Лицом в пол! И без глупостей!
Я почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Сердце колотилось так, что, казалось, я сейчас упаду в обморок.
Мужчина, державший меня, был огромным, и его рука сжимала мой локоть с такой силой, что я изогнулась от боли.
— Отпустите! — закричала я, но страх переполнял меня, и голос едва слышно вышел изо рта.
Я оглянулась на Машу, которая стояла в нескольких шагах от меня, неподвижная, парализованная ужасом.