Мне нравилось.
Поцелуй был полон жадности и контроля, в нем не было ни грамма нежности. Его губы не отпускали меня. Я внутренне сопротивлялась, но тело поддалось в ответ на ту силу, которая исходила от мужчины.
Котов не просто целовал — он владел. Его руки крепко удерживали моё лицо. Я ощущала его тепло, вкус, силу.
Он отстранился на мгновение, чтобы посмотреть мне в глаза, и я увидела пламя, которое заставило меня дрожать.
— В пятницу ты станешь моей женой не только на бумагах.
Я молчала, рывками втягивая воздух.
— Мне нужно время, — наконец произнесла я, стараясь вернуть контроль над собственными эмоциями.
Что он имеет в виду под словами: “Ты станешь моей женой не только на бумагах?”
Секс?
Я не готова.
Я не могу так!
— Ты прекрасно все понимаешь.
Моя растерянность вновь развлекала Котова.
— Может быть, вы… ты забыл, что я человек, а не мебель? Я не игрушка! — выпалила я, стараясь звучать резко. По-взрослому. — Я не одна из тех, кто может переспать с мужчиной через полчаса после знакомства. И ты покупаешь не меня.
— Ты уверена? — спросил он, увеличивая пространство между нами и давая возможность вдохнуть воздух без примеси терпкого парфюма.
— Да. Ты покупаешь папину компанию. А я иду бонусом. И гарантом, что он не станет делать глупости.
— Молодец, — он обвел спальню взглядом, присел на кровать, — запомнила, что я говорил. Предлагаешь нам познакомиться?
— Да. Если мы собираемся провести жизнь вместе.
— Как категорично.
— По-другому я не представляю брак. Не понимаю, зачем он нужен, если мужчина и женщина не собираются уважать друг друга, помогать, защищать.
— Тебе нечего бояться рядом со мной, — сказал он, выпрямляясь. — В моем доме ты будешь в безопасности.
— Безопасность? — сорвалось с губ. — А мне что-то угрожает?
— Теперь нет.
— Меня нужно обезопасить от тебя, — с каким же трудом мне давались эти слова. — Ты боишься потери контроля над отцом, но именно этот контроль я тебе и дам. Так о какой безопасности идет речь? Я всегда буду разменной монетой. Рычагом давления.
— Считаешь меня врагом?
— Считаю.
Котов рассмеялся, и этот звук был одновременно зловещим и притягательным. Он выглядел спокойно, но в его глазах сверкала искра вызова.
— Враги должны уважать друг друга, иначе можно легко проиграть, — произнес он, облизывая меня взглядом.
Его расслабленная поза противоречила напряженной атмосфере, которую он сам же создавал.
— Почему я должна уважать врага? — спросила я. — Если я знаю, что проиграю.
— Я поддамся, — пообещал он, приподняв игриво бровь.
— Как? — уточнила я, подбирая каждое слово с осторожностью.
— Давай начнем с простого. Расскажи мне о себе. Чем ты увлекаешься? Какие у тебя мечты?
Я на мгновение замялась. Честно говоря, сама не знала, что ответить. Истинная я давно была скрыта под слоями ожиданий близких и моих страхов.
— Я... я люблю танцевать, — произнесла я наконец, стараясь вспомнить те моменты, когда мне было хорошо и не было необходимости соответствовать чужим ожиданиям.
— Искусство и спорт одновременно, — произнес он с одобрением.
— Да, но... — мимолетная мысль о том, что он может не понять, заставила меня замолчать.
— Но? — он подталкивал меня продолжить.
— Но в основном я занимаюсь тем, что нужно другим, — сказала я, взглянув на мужчину исподлобья. — И я устала от этого.
— Ты меня презираешь?
— Нет. Скорее ненавижу. Презираю я свою семью, что продолжает делать вид, что у нас все хорошо.
— Ну у них-то определенно все будет хорошо.
— А у меня?
— А у тебя? У тебя будет шанс изменить всё, если ты этого действительно хочешь.
— Изменить? — повторила я, не скрывая недоверия. — Изменить свою жизнь ради сделки между двумя мужчинами?
— У каждого есть проблемы. Твои — не приговор, а возможность, — сказал он. — Ты хочешь жить собственными желаниями?
— Хочу. Но ты мне этого не позволишь.
Несколько секунд Котов молчал.
— Подойди, — попросил он.
Я неторопливо встала.
— Зачем?
— Хочу познакомиться с тобой ближе.
Я остановилась в нескольких шагах от мужчины.
— Каким образом?
— Подойди, — он протянул руку.
Котов имел необъяснимое влияние на меня. Я сделала все, о чем он просил: подошла, вложила свою ладонь в его и хотела сесть рядом.
— Нет. Иди ко мне, — потянул на себя.
— Куда?