— Как дела? — я вздрогнула, повернувшись на голос сестры.
— Уйди, — попросила я.
— Почему? Я переживала. Тебе было плохо? Ты кричала, — Маша состроила сочувствующую гримасу.
— Выйди из моей комнаты! — крикнула я, собирая подрагивающими пальцами волосы в хвост.
— Не злись. Я хотела помочь.
Я вскинула голову на Машу.
— Помочь? Так помоги. Перестань быть сукой. Побудь хоть немного нормальной. В тебе не осталось ничего человеческого?
Маша показушно фыркнула.
— Прекрати страдать по любому поводу, — ответила она. — Подумаешь, мужчина сделал тебе хорошо. Лена, ты… — эмоционально взмахнула руками. — Ты во всем находишь повод для самобичевания. Сама не устала от собственного нытья?
— А я понимаю, почему ты злишься. Ты бы хотела быть на моем месте. Так вперед. Иди! Догони! Мне это не нужно. Не нужен Котов. Не нужна свадьба. Ни-че-го! Я не хочу, чтобы мной пользовались, как игрушкой. Понятно?! Я устала! Устала! — я обошла сестру и поспешила вниз.
Каждую клетку моего тела пронизывал гнев. Я ненавидела этот мир за то, что он заставлял меня чувствовать себя беспомощной. Словно все мои решения были уже приняты за меня и оставалось лишь жить по готовому сценарию.
— Лена, подожди! — закричала сестра, следуя за мной.
Я не собиралась останавливаться.
— Ты куда?! — закричала она снова, но я продолжала идти.
В этот момент мне хотелось просто сбежать от всего.
Но это было невозможно.
— Отвали! — я крикнула в ответ. — Просто оставь меня в покое! Ясно?!
Спустившись по лестнице, я свернула к кабинету отца. Он не находил сил поговорить со мной. Так сейчас мне хватало их на двоих.
Дверь в кабинет была закрыта, и я, не раздумывая, повернула ручку, заглядывая внутрь. Отец сидел за столом. Могло показаться, что он погружен в документы. Могло…
Он вздрогнул, поднял полный замешательства взгляд.
— Лена, что происходит? Зачем ты пришла? — спросил, выдавив из себя странную улыбку. В его голосе не было ни теплоты, ни заботы. Раздражение. Вот что я слышала.
— Ты знаешь, что происходит! — ответила я, не сдерживая гнева. — Ты и мама втянули меня в это дерьмо, а теперь даже не можете найти минутку, чтобы поговорить!
— Я занят, — ответил он, накрыв что-то папкой с бумагами.
— Серьезно? Ты занят? Ты занят?! — я уже кричала, совершенно не думая, что кто-то из посторонних мог услышать наш разговор. Даже перед наемными работниками мама старалась сохранить образ идеальных людей. Мало ли что они расскажут помощникам в других домах нашего поселка. — И чем же ты занят? — я подошла к столу и смахнула папку. — Серьезно?
Мой взгляд застопорился на черном гладком стволе пистолета.
— Лена. Дочка, — отец быстро убрал оружие в верхний ящик стола.
— Что, папа? — спросила я с издевкой, посмотрев ему в глаза. — Что? Зачем ты достал его из сейфа? Зачем? — повторила я громче.
— Я… — он виновато улыбнулся.
— Ты пьян, — констатировала я, обратив внимание на пустую бутылку коньяка и бокал с остатками алкоголя. — Ты просто пьян, — произнесла с расстановкой. — Так ты видишь решение проблемы с компанией? Думаешь, выпьешь и все пройдет? Я открою тебе секрет. Не пройдет.
— Лена, я… Я просто пытаюсь справиться, — перебил он.
— Ты не справляешься.
Отец застыл.
— Я уже сказал тебе, что… — начал он, но я не собиралась его слушать.
— Что ты? Что ты можешь сказать в свое оправдание? Ты меня предал! Я доверяла тебе. Я…
Отец поднял руку, словно хотел остановить поток моих слов, но я продолжила:
— Ты забрал у меня право на выбор. Я не хочу выходить замуж за Котова! Я не хочу, чтобы он продолжал контролировать нашу жизнь!
В этот момент его лицо покраснело от гнева.
— Ты не понимаешь! — закричал он, но я уже не собиралась слушать.
— Не понимаю? — я засмеялась, и в моем голосе не было ничего, кроме горечи. — Думаешь, что ты единственный, кто страдает? Мы все страдаем, и все из-за тебя!
— Я делаю все возможное для нашей семьи, — произнес он сквозь сжатые зубы. — Ты не осознаешь, с чем мне приходится сталкиваться.
— И с чем же? Тебе проще закрыться в кабинет и бухать, чем признаться, что ты накосячил? — выпалила я. — Боже, — выдохнула я. Ко мне наконец пришло осознание. Пистолет. У него на столе лежал пистолет. — Скажи, что ты хотел убить Сергея.
Отец молчал.
— Скажи, что ты хотел убить Сергея, — повторила я надрывно. — Скажи! Скажи, папа! Ты хотел убить Сергея, — я убеждала себя и его. — Хотел спасти меня. Ты понял, что совершил ошибку, согласившись на брак. Так ведь? Не молчи! Да не молчи же ты! Не молчи! — закричала я, что было сил вцепившись себе в волосы.