— Много. Но я точно моложе твоих родителей.
Очень уклончиво. Я никогда не встречалась с мужчинами постарше…
Но мужчины постарше никогда не выглядели так убийственно сексуально, как этот, черт его возьми! А этот к тому же не предлагает встречаться, только секс. На один раз. Можно даже у стены.
Так чего он ждет?
Его губы в опасной близости от моих, вот только я еще не решила, отдамся ему или нет. Я слишком доверяю Ирине. Если она сказала, держись от него подальше, значит надо ее послушать.
Спорт… Точно!
— Ты занимаешься спортом? — выстреливаю я новым вопросом, когда почти чувствую касание его губ на своих.
— Больше всего люблю экстремальный спорт, — останавливается он, но говорил так тихо, что я точно знаю, что последует за этим.
Секс.
Он выглядит невероятно спортивным и подтянутым.
— Какой например? — продолжаю я оттягивать неизбежное.
Ой, ну и ладно. Стану очередной его победой, пополню список одноразовых любовниц! Зато будет о чем вспоминать и с чем сравнивать. Сейчас у меня даже домашней кошки нет, чтобы погладить. А тут шикарный, половозрелый мужчина, просто умирающий от желания меня трахнуть!
— Спортбайк летом, сноуборд зимой. Я адреналиновый наркоман. Мне нужен драйв, от которого пульсирует кровь.
Ярослав наблюдает за мной, подталкивая к средней двери.
— Экстремально... — тяну я, понимая, что уже от него не отверчусь.
Никакими разговорами его от цели не отвлечь. Дурацкие правила и дурацкие советы, Ирина Александровна! Могла бы просто отпустить с приема, все равно гости меня больше не увидят.
— Очень экстремально, — тихо подтвердил Ярослав, открывая дверь и толкая меня внутрь огромной ванной комнаты, которая доставила мне в свое время уйму проблем.
У меня опять перехватило дыхание. Это же надо быть такой невезучей, чтобы в день собственного карьерного триумфа напороться и заинтересовать сексуального маньяка! Но самое стремное, что у меня вообще рядом с ним отказывают тормоза. Я хочу ему отдаться, и плевать на все предупреждения.
— Продолжим? — со смехом спросил он, показывая, что его забавляют мои попытки избежать неизбежное.
Я открыла глаза и встретила его проницательный взгляд черных глаз.
— Чем ты занимаешься?
— Я уже говорил, ты не внимательна. Но я прощаю тебя, потому что ты только что перешла границу.
Какую? Когда? Я просто хотела, чтобы он перестал так поедать меня глазами!
Я инстинктивно отступила от него, он также медленно стал преследовать меня, делая осторожные шаги вперед и сохраняя полный зрительный контакт со мной.
— Ты настойчиво сопротивляешься тому, что хочешь меня, — прошептал он, доказывая, что видит мои мысли насквозь.
Я остановилась, упираясь задом в широкую тумбу раковины.
— Стой!
Я вытянула руку перед собой, останавливая его в паре шагов от себя.
— Нас только сегодня представили друг другу. Ты даже не знаешь меня! — выпалила я в отчаянной попытке остановить это безумие.
— Я знаю, что чувствую, и знаю, что чувствуешь ты, — он как-то одним плавным скользящим движением обогнул мою руку и теперь прижимался ко мне, телом к телу. — Этого достаточно.
Я даже не пыталась спорить. Меня трясло от возбуждения и его близости. Рука его стараниями лежала на крепком мужском плече, а его мускулы соблазнительно перекатывались под ладонью. Я боролась, но знала, что проиграю.
Никогда, ни один мужчина не оказывал на меня такого гипнотического воздействия. И я понимала, почему сейчас плачу. Потому что этого урока мне более чем достаточно. Я не хочу больше встречать таких мужчин! Это ужасно.
Он так отчаянно хочет трахнуть меня, что я становлюсь слабой и бесхребетной от его напора и давления. А ведь он не имеет никакого права лишать меня выбора.
Его палец скользнул под подбородок, чтобы поднять мне голову. Когда взгляды встретились, он нахмурился из-за моих слез.
Я еле справилась со своим голосом.
— Я не хочу того, чего хочешь ты.
— Лжешь, — сразу же ответил он, продолжая гладить большим пальцем мои мокрые щеки.
— Я не сторонник разового секса, — сделала я еще одну попытку.
— Хм… Ты не узнаешь разовый это секс или на постоянный, пока не попробуешь. Поверь мне, я опытнее.
Теперь настала моя очередь хмыкать. Как же, опытнее! В одноразовых случках. Мне уже порассказали.
— Дай мне слово, что если я не захочу продолжать, ты меня отпустишь.
Это последняя попытка, потому что я уже стекаю в его руках и по его телу. Еще минут пять, и я вообще перестану соображать где я и с кем.