Как назло, это был именно тот день, когда нам не посчастливилось попасть в трактир. Поэтому мы съехали с дороги и разбили лагерь. Местность выбрали открытую, хорошо просматриваемую. Повозки, а соответственно и меня, разместили в центре, кругом поставили десять палаток. Назначили часовых. Маги поставили свою защиту. Ужин все же прошёл не в такой гнетущей атмосфере, что обед. После ужина разошлись все спать. Мне досталась моя тележка, потому что палатки у меня не было. Вот такая я собранная и подготовленная оказалась. Но вроде зонтик защищал надёжно, а потому я завернулась в плащ и закрыла глаза. Долго заснуть не получалось. Все-таки совсем уж непривычно. Сон был тревожный, муторный, постоянно перескакивал. Но я старательно заставляла себя спать.
Первое, что показалось странным, это вода, которая обрушилась на меня, вторым - лязг железа, третьим - крик незнакомым голосом. Он и привёл меня в чувство. Я резко села на повозке и схватилась за меч, лежащий неподалеку.
Вокруг была суматоха. Из-за ливня, обрушившегося на землю, ничего нельзя было разобрать. Да ещё и ночь, темно, хоть глаз выколи. Впереди я различила наших воинов. Они с кем-то дрались. Вдруг вдали взорвалась зелёная вспышка, очерчивая силуэт мужчины, и в нас от него полетели огненные шары. Сразу две вспышки полыхнули у нас. Одна подальше на передовой, в которой я узнала Тира, вторая поближе, которая была Сахимом, Инкогнито. Его защищал Мафар. В его вспышке я с ужасом увидела уже двоих убитых наших. Нас накрыл щит, о который разбились стрелы. Сразу вспыхнула ещё одна вспышка – Мастиаф, тоже на передовой. Уже в противников полетели огненные шары.
Раздался стон, и я увидела, что упал один из наших. Чужак прорвался сквозь защиту и понеся прямо на меня.
- Итак, перед вами консервная банка, в науке именуемая доспехом. Ноги, руки, тушка, голова, шея с боков прикрыты железом. Вопрос: как достать тушеночку из этой консервы? – с умным видом спрашивает Учитель у нас.
Новички сидят, молчат, им хорошо, а я стою в этом самом доспехе и играю роль тушеночки. В доспехе жарко, он тяжёлый и воняет железом. Ненавижу доспех.
- Внимательное смотрите. Смелее. Нет? Ну ладно. Первое: лицо, оно может быть защищено металлической пластиной, может не быть, но она там нетолстая, вомнете её в череп и ладно. Второе: шея, она защищена плохо иначе не повертишь головой. Дальше: руки. Бить надо во внутреннюю часть, там и артерии, там и просто плотная ткань, а иначе руку не посгибаешь. Потом, подмышки. Там даже жгут не наложишь. Бедра. Обычно там просто кожаные шнурочки, а иначе будет мешать ходить. Ну и, конечно, внутренняя сторона ног, но туда попасть сложно. При этом надо наносить правильный удар. Если по-молодецки, то воткнемся в железо. Удар должен быть точным, направленным аккуратно в нужную точку.
Я испугалась. С детства я не могла смотреть фильмы про войну. Убийства, грязь, раны вводили меня в состояние шока, и я долго потом приходила в себя. Увидеть все это в реальной жизни... Свернуться калачиком, заткнуть уши и зажмурить глаза – все это не со мной! Но это ведь не решит проблему. Я сжала рукоять меча, на глаза выступили слезы. Что мне делать?
Мир вдруг стал резким и чётким. Прошла слабая близорукость, из-за которой границы предметов всегда были подразмыты. Все окружающее меня пространство стало понятным до мельчайшего атома. Время замедлилось, хотя я точно знала, мир остался прежним, это мои глаза теперь видят и улавливают намного больше информации. Звуки и запахи составляли свою полную картину всего происходящего. Даже осязание по малейшему изменению ветерка говорило, что происходит за мной. Я осознавала весь мир внутри себя мгновенно и полно. Мозг работал на полную мощность, все мои чувства обострились до предела, а эмоции ушли куда-то далеко. Голова представлялась мощнейшим аналитическим компьютером в центре какого-нибудь ФСБ.
И вот на меня несётся чужак. Он одет в нагрудник, на руках у него наручи. Он быстро бежит, занесся меч прямо над головой. А для меня все медленно. Мозг с удивительной скоростью анализирует весь огромный поток получаемой мной информации. Я точно знаю, когда и как надо ударить, я даже вспоминаю, как это делать правильно, и мышцы уже готовы спокойно сделать то, чего раньше никогда не делали. Чужак пришёл в нужную точку, и я спокойно спрыгиваю с телеги и режу ему сначала точно сонную артерию, а потом подмышечную одним плавным движением. Там куда бьёт чужак, меня уже нет. Я не чувствую угрызений совести за убийство.