Покой и тишина сменились в миг, когда совершенно неожиданно даже для магов из кустов выпрыгнули разбойники. Бой завязался мгновенно. Тир взял на себя защиту, в то время как Мастиаф пошёл в нападение. Воины разом подобрались и дали отпор напавшим. Но на руку разбойником сыграла внезапность нападения, к тому же, по какой-то причине, на них совершенно не действовали заклинания Мастиафа. А вот для клинков воинов они были вполне доступны.
Я наблюдала за боем со стороны в полной уверенности, что товарищи смогут меня защитить. Действительно, меня-то они защитить могли. Четверо воинов окружили меня и не давали пробиться ко мне врагам. Однако остальных не хватало на полноценную защиту кареты. В какой-то момент я поняла, что один из нападающих разбойников сейчас прорвется к Элии. Я обещала больше не лезь в драки, но не смотреть же как нападают на бедную беззащитную маленькую девочку. Незаметно для всех я забралась на крышу кареты, выхватила меч и перерезала шею нападавшего. Он отшатнулся от меча и упал с лошади. Нападавший валялся в траве пытаясь зажать рану рукой и всё равно захлебывался своей кровью. Я стояла, готовая к дальнейшему сражению, но нападавших больше не было. Пока я расправлялась с этим разбойником, Мастиаф таки сумел сплести сильное заклинание, которая уничтожило оставшихся разбойников. Он подбежал ко мне, схватил в охапку и оттащил в сторону от лагеря.
Мастиаф поставил меня на ноги и принялся осматривать на предмет повреждений. В его глазах стояла неподдельное беспокойство.
- Ты же обещала! – воскликнул он, прижимая меня к себе
- Прости. – тихо сказала я, уткнувшись носом в широкую надёжную грудь. - Я правда не хочу больше сражений, но смотреть на, то как обижают Элию я не смогла.
- Пусть тысяча принцесс была бы в той карете, для меня важнее ты. – вдыхая запах моих волос, возразил Мастиаф. Я слушала как медленно успокаивается его сердце.
- А как я буду жить после этого? – я отстранилась, заглядывая ему в глаза.
- Я бы смог защитить и ее, и тебя. В первую очередь тебя. – упрямо повторил мой мужчина.
- Спасибо. – тихо сказала я, а у самой навернулись слезы. – Прости, я ещё не научилась полагаться на других. Спасибо, ты такой… надёжный. Я… никогда не думала, что… не привыкла… А ты рядом, ты надёжный. Спасибо. – я вздохнула, всегда было тяжело говорить о своих чувствах. – Я люблю тебя. – почти прошептала я.
Он улыбнулся, целуя сначала мои глаза, кончик носа, а потом и губы. Так нежно и так приятно.
- Я тебя тоже люблю, мое солнышко. И помни, что я рядом. Всегда.
Мастиаф подхватил меня на руки и понес меня к лагерю, где уже давно хозяйничал Тир.
После допроса пленных разбойников оказалось, что те действительно были разбойниками. Они увидели явно богатый караван, охраняемый небольшим количеством воинов, и решили, что это будет лёгкой добычей. Не получилось. А наша дорога продолжалось дальше.
Для нас нападение прошло бесследно, мы уже привыкли к подобному. В конце концов, одной битвой больше, одной меньше... какая разница? На самом деле я, конечно, просто бравирую, убивать людей не стало доставлять мне удовольствие, да и страх за свою жизнь никуда не прошёл, но больше я не впадала в оцепенение и истерику после подобных нападений. Остальные войны относились примерно также к сражению: это не было чем-то приятным и обыденным, но являлось злом неизбежным.
А вот для кого действительно не прошло даром происшествие, так это для принцессы. Она с каждым днём замыкалась в себе всё больше и больше. Элия уже не выходила из кареты или своей комнаты в трактире, почти ничего не ела и ни с кем не разговаривала. Маленькая бедная девочка впервые оказалась далеко от дома в чужой варварской, по ее мнению, стране, где на неё ещё и напали. Она просто боялась. Даже Мастиаф заметил это ее состояние и попросил меня поговорить с ней чисто по-женски.
Так что я подсела к ней в карету и задумалась. Говорить чисто по-женски я не умела, вообще никогда не понимала людей, способных разливать воду часами, я всегда говорила в лоб. И вот мы сидели друг напротив друга, она смотрела недоумённо на меня, я пыталась придумать способ начать беседу. Не придумала: