«Хотя бы один точный удар — и мне не поздоровится», — думал Габриэль, закрываясь, стискивая зубы и чувствуя, как руки тяжелеют под напором мощного противника.
Гонг!
Рефери бросился между ними, удерживая все еще рвущегося в бой Марко. Тяжело дыша, бойцы разошлись по углам.
Тренер принялся вытирать лицо и торс Рубаки. Полотенце быстро стало мокрым от пота. Грудь заключенного ходила ходуном, он глядел на Габриэля словно голодный зверь на раненую добычу.
— Слушай меня внимательно, Марко. Не позволяй ему забираться тебе в голову, — тренер говорил жестко, уставившись прямо в глаза бойцу. — Ты почти достал его, но если продолжишь в таком темпе, сгоришь в следующих раундах. Ты обязан распределить силы.
— Ты хочешь, чтобы я ждал?! — вспыхнул Марко. — Я загнал его в угол! Если бы не этот чертов рефери — бой бы уже закончился.
Он слушал тренера, но мысленно уже был в третьем раунде — в моменте, когда его правая пробьет проклятую защиту и бой будет закончен.
В это время Габриэль восстанавливал дыхание в своем углу, все еще чувствуя в руках боль от серии атак:
— Отец... — начал Голденбой негромко. — Этого человека недаром называют Рубакой. Его удары мощные и острые, даже с моей защитой. Он вышел на ринг для настоящей зарубы.
Доменико кивнул, задумчиво оглядываясь на трибуны.
— Думаешь, пора переходить к следующему шагу?
Габриэль поднял взгляд и коротко улыбнулся:
— Марко уверен, что почти достал меня. Похоже, зал тоже так думает. Я не упущу возможность показать, что все они ошибаются, — его голос был спокоен, но внутри уже клокотала решимость снова броситься в бой.
Габриэль был прав, полицейские в зале притихли, а заключенные, пусть и скованные, воспряли духом. Они поддерживали Марко и ждали кульминацию боя. Но в зале был один человек, который смотрел на происходящее иначе. Джулия сидела, не отводя взгляда от Габриэля. Сердце напряженно стучало, словно в такт его дыханию, но внутри у нее не было ни капли страха — только вера.
«Пусть люди думают, что захотят. Знаю, ты сможешь преодолеть это. Габриэль, я обязательно увижу твою победу», — думала она, не замечая, как ее пальцы сжимают подлокотник.
Гонг — начинается третий раунд.
Марко ощущал, как его тело тяжелело от усталости, а дыхание становилось прерывистым, но предвкушая финал боя, он старался не замечать этого.
«Усталость уйдет, когда я нанесу точный удар», — думал Рубака, сжимая кулаки.
Он приготовился атаковать, но внезапный увесистый правый Габриэля застал его врасплох. Его тело отшатнуло назад, а в голове вспыхнула боль.
— Черт, я думал, он укрепит оборону, а вместо этого атаковал, — проговорил тренер Марко, а затем добавил громче. — Подними защиту и восстановись. Ты еще достанешь его!
Габриэль продолжал свою атаку. В этот раз полицейский использовал джеб для обмана, заставляя противника уйти в сторону, а затем нанес тяжелую двойку*.
(Двойка — комбинация из двух прямых ударов: легкого левого и тяжелого правого).
Марко почувствовал, как его челюсть дрогнула от силы соперника. Картинка перед глазами закружилась, но Рубака стиснул зубы и продолжил стоять на ногах.
«Мощно. Но на силу я всегда отвечаю силой», — сказал про себя он.
Несмотря на боль и нарастающую усталость, Марко не мог остановиться. Он атаковал с ожесточением, кулаки будто сами норовили пробить все на своем пути. Его силовые удары по блоку заставили Габриэля отходить назад. Марко бросился за ним, готовя правую руку к нокаутирующему прямому.
«Я видел уже слишком много твоих атак», — промелькнуло в голове Габриэля, и он мгновенно ушел вниз, выкинув апперкот навстречу Марко.
— Это контратака! — выкрикнул кто-то из зала.
В этот момент сила Марко обернулась против него самого. Апперкот Габриэля громкой волной прокатился по залу, впиваясь в челюсть противника. Ноги Марко зашатались. Раненый воин всем весом навалился на противника, ища спасение в клинче.
— Брейк, Марко! Отпусти его! — сказал рефери, пытаясь заставить бойцов продолжать сражение.
Через несколько секунд Марко наконец почувствовал, как ноги снова становятся твердыми. Он тяжело дышал, но глаза все еще не потухли и жаждали битвы:
«Я не могу проиграть тебе. Как я собираюсь покорить профессиональный ринг после освобождения, если проиграю тебе?»