— Я же уже говорил: твое преимущество не в этом. Знаешь, даже у Сэма могут возникнуть проблемы от внезапного особого удара.
— Особый удар? — переспросила она с заинтересованностью.
— Да, условно это не техника, а уловка, которая сработает лишь один раз — но выручит в критический момент. Встань напротив, я покажу.
Сосредоточенная Джулия сделала так, как ее просили.
«Удар, способный ошеломить даже Сэма. Что это должен быть за прием, чтобы остановить такую махину?»
— Приготовься! — вдруг резко скомандовал Габриэль.
«Посмотрим. Смогу ли я не дать его удару пройти...» — подумала она и увидела, как рука Габриэля готовится к удару.
Джулия приготовилась увернуться корпусом, но внезапно почувствовала, как что-то упирается ей прямо между ног. Легкий, чисто символический пинок попал точно в область бикини. Раскрасневшаяся девушка машинально хотела ответить Габриэлю пощечиной, но он успел остановить ее руку.
— Прости, но с твоим смущением лучше разобраться сейчас. Такой неожиданный удар ниже пояса может ошеломить любого парня. Я бы не стал это использовать, но ты девушка, и это может быть твоим преимуществом в экстренных случаях.
— Дурак, можно было просто сказать… — сказала Джулия себе под нос.
Она стояла, пылая щеками, но уже не от злости, а от смешанных чувств: неловкость, досада и что-то еще, похожее на признание его правоты.
— После этого можешь ударить открытой ладонью под нос, — Габриэль мягко показал Джулии технику удара, — это тоже хорошо выводит из строя на секунду или две и не требует много силы. Не важно, после первого или второго приема, твоя главная задача — увеличить дистанцию и использовать оружие. Все же, ты полицейский, а не боец. Твой главный инструмент при опасности — это оружие.
Такие приемы казались Джулии нечестными, почти немыслимыми. Но она понимала: в реальной схватке с преступниками нет правил.
«Все же, Габриэль беспокоится обо мне. Я не хочу быть обузой на заданиях. Похоже, спорить с ним не вариант».
— Ладно. Я запомню твои слова, обещаю! — как можно решительнее сказала Джулия, желая поскорее перейти к следующим темам.
Глава 7
Вечером следующего дня Джулия, Габриэль и еще несколько сотрудников главного отделения полиции Палермо прибыли к роскошному особняку Сэмюэля Гракале. Полицейские младших званий сменили форму на вечерние наряды: мужчины — в строгих костюмах, женщины — в элегантных платьях. Габриэль и другие офицеры с более высокими погонами, по личной просьбе Сэма, остались в полицейской форме.
Джулия все еще чувствовала себя непривычно в элегантном образе: облегающее платье-футляр темно-синего цвета, чулки с поясом, каблуки и скрытое оружие — все это казалось частью какой-то другой жизни. Фигура, движения, осанка — все требовало сосредоточенности. Она чувствовала, что исполняет роль в особо важной игре.
Особняк Сэма, раскинувшийся на холме, поражал размахом: высокие колонны, залитые золотистым светом, мраморные террасы с балюстрадами, роскошный фасад, словно сошедший с рекламной открытки о богатой Сицилии. У входа гостей уже ждал сам хозяин этих дышащих благополучием хоромов — высокий, внушительный мужчина в безупречном темно-сером костюме. Его уверенная улыбка и тяжелый взгляд не оставляли сомнений в том, кто здесь главный.
— Приветствую, дамы и господа. Принимать защитников Палермо в качестве моих гостей — это большая честь, — произнес Сэм. Голос звучал гулко и властно, но в нем угадывались обаяние и умение нравиться. Неудивительно, что некоторые из присутствующих находили его притягательным.
Джулия машинально сжала край платья. Его улыбка, вежливость и показное гостеприимство отзывались в ней почти физической болью. Казалось, что Сэм, сам того не осознавая, издевается над ее чувствами. Ей хотелось прямо здесь покончить с этим и отомстить за отца. Но все же, раненой душе нужна не вспышка эмоций, а доказательства того, что именно Сэм должен ответить за ее боль и утрату.
«Я получу всю нужную информацию, а затем — лично доберусь до тебя», — с холодной решимость думала она, следуя плану.
Гости направились внутрь. Напарники под прикрытием держались на расстоянии — так было проще каждому играть свою роль.
Зал с высоким расписным потолком и хрустальными люстрами переливался светом. Из глубины зала лились чарующие звуки скрипки и клавиш — живая музыка окутывала вечер сказочным флером. Повсюду стояли белоснежные столы, уставленные блюдами с сицилийскими деликатесами и изысками со всего Средиземноморья.