— Что ж, должна признаться: меня не каждый день зовут в роскошный особняк, а затем еще и на личную прогулку с его владельцем, — с доброй иронией отметила Джулия. — Я немного растерялась от всего происходящего, но здесь, в парке, я правда чувствую себя свободнее.
— СМИ любят яркие интерьеры и богатые фуршеты куда больше, чем тихие вечера в парке. Надеюсь, во время празднования будущих побед полиции, вы позволите забирать вас сразу, как журналисты получат свои фото, — с легкостью в голосе произнес Сэм.
Глава 7.3
Разговор продолжался, пока не прозвучал громкий и немного развязный мужской голос:
— Курить охота. Эй, у вас не найдется зажигалки? — сказал незнакомец в капюшоне, сидевший на ближайшей лавочке, закинув нога на ногу.
Что-то в услышанном тревожно кольнуло память, но ближайший фонарь не работал, и Джулия не могла разглядеть лицо.
— Нет. ЗОЖ, — отрезал Сэм, даже не повернув головы.
— Как жаль. А что насчет твоих охранников? Может у них найдется огонь, или ты наконец-то покинул хоромы без своей своры? — произнес парень и встал. Его высокий силуэт вытянулся в полный рост.
В воздухе повисла напряженная тишина, но хлесткий звук удара разрушил ее в один миг. Кулак влетел прямо в лицо Сэму. Выдержав это, Гракале даже не дрогнул, словно демонстрируя презрение к внезапной атаке. Лишь капля крови из уголка рта указывала на силу нападавшего.
Сэм ответил хуком — быстрым, плотным, хорошо поставленным. Но парень увернулся, грациозно отскочив назад. Капюшон соскользнул, и лунный свет осветил распущенные медно-бордовые волосы и зеленые глаза.
Тяжеловесный мужчина движением руки отодвинул Джулию назад, давая понять, что ей нужно держаться на безопасном расстоянии.
— Минотавр, — прорычал Леон, — за бесчестьем обязательно следует смерть.
Он рванулся вперед.
Джулия застыла, вопросы бурным потоком неслись в ее мыслях:
«Леон назвал его Минотавром? Значит Доменико не ошибся… Но почему Леон напал? Если у него есть шанс, то все может закончиться здесь… Что мне делать? Неужели просто смотреть, как они убивают друг друга?..»
Резкий, высокий кик* почти коснулся лица мецената — но тот успел откинуть голову назад.
(Кик — удар ногой).
Гракале ответил прямым правым, а Леон змеей ускользнул в сторону, избежав урона. Более легкий боец нанес правый боковой по корпусу. Амбал попытался ответить агрессивной серией, но никак не мог поймать противника.
«Неплохо, но я уже сталкивался с такой скоростью», — невозмутимый Сэм разжал кулаки и снова бросился на надоедливого врага.
Теперь он не бил, а стремился поймать убийцу спокойного вечера в захват.
Леон скользил со стороны в сторону, меняя центр тяжести, что заставляло тяжелого соперника теряться.
«Все быстро закончится, если его лапы сомкнутся на мне. Я увеличу разрыв в скорости еще больше», — сказал про себя Леон и, поймав удачный момент, выбросил острый лоу-кик*.
(Лоу-кик — удар ногой, наносимый по нижней части тела соперника).
Резкая боль стрельнула в бедре Сэма, но тот не отреагировал. Только хрипло выдохнул.
Нападавший нанес еще два кика — в ногу и в корпус. Плотно. Быстро. Сэм чувствовал, будто его бьют не ногой, а ножом. Несмотря на это, он грозно нависал над оппонентом, все ближе приближался к шансу поймать его в стальные клещи.
«Чертов танк, я разобью тебя!» — со злостью подумал Леон, видя перед собой нечеловеческую стойкость.
Гракале заметил, как Леон готовит ногу к тяжелой атаке в тело и приготовился к перехвату, но обманный кик вопросом* ловко изменил траекторию, и звоном отозвался в виске Сэма.
(Кик вопросом — прием, начинающийся как удар в корпус, но в последний момент нога меняет направление и поражает голову).
За ним последовал молниеносный тяжелый правый кросс в челюсть Сэма. Тот сделал шаг назад, но все еще оставался на ногах.
«Теперь ты мой!» — вспыхнула мысль в уме Леона.
Он ударил ногой с разворота с такой силой, что разница в массе теряла значение.
Нога неслась к противнику, но тот словно исчез. Атака разрезала воздух, не найдя цели. Лишь сейчас Леон увидел, что Сэм с горящими глазами ушел вниз.
Рука здоровяка взметнулась, и кулак с глухим тяжелым звуком врезался в ребра жертвы. Воздух вырвался из груди. Морщась от острой боли, раненый боец отшатнулся.
«Как?! Мои удары не замедлили его… проклятое чудовище», — сказал про себя Леон отступая назад. — «Эта боль ничто…»
С трудом игнорируя тяжесть в ногах, он вернулся в боевую стойку и бросился в новую атаку.
Тут же воздух сотряс неожиданно громкий хлопок – предупредительный выстрел Джулии.