Она замолчала, вздохнула, собирая в себе решимость, чтобы высказать все сразу, как есть:
— Сейчас я не знаю, будем ли мы говорить когда-то снова. Но несмотря ни на что, ты всегда будешь дорогим для меня человеком.
Опустив взгляд и машинально сжав руку на колене, она продолжила, не теряя твердости:
— Я знаю, хоть ты никогда и не жаловался, тебе было тяжело все это время из кожи вон лезть, чтобы оправдывать ожидания Доменико. Оставаться «идеальным сыном», даже зная грязную правду. Такая жизнь привела тебя сюда, но это еще не конец.
Она взглянула в его глаза, и Габриэль почувствовал неравнодушную искренность:
— Мне хочется верить, что ты сможешь преодолеть это. Я тоже буду работать ради новой жизни и не хочу, чтобы случившееся сломало тебя.
Травмы не давали Габриэлю сказать и слова в ответ. Но слова не понадобились. Он накрыл ее напряженную ладонь своей и заботливо сжал. Джулия подняла мягкий взгляд, к которому Габриэль привык еще с детства. В этот миг, среди больничных стен и разлитого света, не существовало прошлого, вины и боли — только двое, понимающие друг друга.
Конец