Я смотрела на сообщение, и даже привычный укол страха за сестру был притуплен, отдалён.
Набрала: «Хорошо.» И не добавила ничего. Не было сил.
Потом, движимая внезапным, нахлынувшим из химического тумана импульсом, я открыла чат с новым, не сохранённым номером и мои пальцы заплясали по экрану:
Я: Парашютик врезается в стаю ворон на ключице. Вороны в ржавой клетке. Прутья погнуты. Эскиз могу нарисовать.
Я отправила и быстро швырнула телефон на кровать, словно он обжёг мне пальцы. Затем подошла к окну, упёрлась лбом в холодное стекло. За окном плыли огни ночного города, расплываясь в цветные круги. Внутри было тихо. Тишина дорогой, химической дряни. Тишина побега.
Ложась в постель, уже на грани тяжёлого, неестественного сна, я поймала последнюю мысль, пробившуюся сквозь наркотический туман: а что если он, со своими вопросами-скальпелями, и есть тот самый, кто попытается прочитать этот бесконечный, бессмысленный текст из моих шрамов, страхов и белых дорожек на зеркале диска?
И самое чудовищное: в этой химически-безопасной тишине это предположение не вызывало ужаса, лишь тупое, отдалённое любопытство, мне впервые за долгие годы захотелось, чтобы кто-то попробовал.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов