20
Тоби не писал писем. Поэтому он удивился, получив на следующей неделе письмо от Фэй Чоклин, которая написала аккуратным почерком:
Дорогой Тоби, я отсутствовала на прошлой неделе и с тобой не увиделась, но наша соседка сказала, что ты приходил к папе с книгами. В воскресенье (в ближайшее воскресенье) у нас будет чаепитие в честь папиного дня рождения, и он хотел бы, чтобы ты пришел, если сможешь. Папа попросил меня написать тебе письмо, так как сам он в этом не силен.
Эми Уизерс достала письмо из ящика у ворот. У нее перехватило дыхание, и она прижала одну руку к сердцу, а в другой было письмо. Эми положила его на каминную полку, лицевой стороной вверх, чтобы Тоби увидел, когда придет домой, и села на диван. Ее лицо раскраснелось, подступила усталость. Все из-за моего сердца, подумала она, из-за него я такая. Оно-то и подведет меня однажды днем или ночью. Интересно, от кого письмо. Я просто буду лежать здесь и наблюдать за белоглазками на старой крыше, а потом возьмусь печь песочное печенье на выходные.
Тоби пришел домой, уставший и замерзший, с местной газетой в руке. Он сел, чтобы прочитать ее прежде, чем из сада вернется отец.
– Есть почта?
– Тебе письмо, Тоби. Почту принесли поздно.
– В последнее время всегда так. Почему ты не позвонишь?
– Позвоню, Тоби, если опять опоздает.
– Ты всегда обещаешь позвонить и никогда не звонишь.
– Почему ты не читаешь письмо? Наверное, оно от твоей девушки, – мягко и вкрадчиво сказала Эми.
Тоби покраснел.
– Будет тебе, мам, ты знаешь, кто моя девушка. – Он посмотрел на нее и улыбнулся. – Выглядишь усталой, мам. Посиди, отдохни.
Она рассмеялась.
– Снимай сапоги, Тоби, и грей ноги. Я позову отца на чашку чая. Он в саду. Фасоль пережила морозы.
В дверь вошел Боб Уизерс, с подозрением взглянул на Тоби и Эми и сел в свое любимое кресло у огня.
– Я победил морозы, мать, – сказал он.
– О, Боб, я так рада. А картофель ты спас?
– Да, картофель, горох и капусту.
– Какое счастье, Боб.
Она с гордостью посмотрела на мужа, победившего мороз, потом с гордостью посмотрела на сына, который собирался снести гостиницу и зарабатывать все больше и больше денег; но она чувствовала тревогу за него, из-за того, что денег все больше и больше, а еще из-за вечеринки, приглашения на воскресенье.
И она стояла, разливая чай в чашки. Она увядала и старела, она походила на старый почтовый ящик, в который год за годом летели обрывки новостей и тревог, страхов и любви, присылаемых мужем и сыном. Она перетряхивала новости внутри себя, чтобы передать их от одного к другому и установить между ними мир. Так что:
– О, Боб, Тоби получил приглашение от Фэй Чоклин приехать к ней на день рождения в воскресенье. – Она говорила спокойно, мучая себя смыслом слов. – Наконец-то попал в ее лапы, а, Тоби?
Тоби молчал. Он зашуршал газетой, чтобы отомстить отцу и дать понять, мол, вот вечерняя газета, и Тоби первым ее прочел. Боб Уизерс подался вперед.
– Дай нам первый лист, Тоби, – сказал он.
Тоби встал с дивана.
– Можешь взять хоть все, папа, я закончил. Там одна ерунда. А Фэй Чоклин, кстати, помолвлена.
– Ты нас просто дразнишь, – удивленно сказала его мама.
Тоби посмотрел на нее, как бы говоря, да, я шучу, это неправда; потом загадочно улыбнулся, пошел в свою комнату и там сел на кровать. Он вынул письмо из кармана и перечитал. С уважением, Фэй Чоклин. Указала фамилию и написала, мол, папа хочет, чтобы ты пришел. Мама и папа хотят, чтобы ты пришел. Если оторву нижнюю часть и оставлю письмо лежать на виду, никто не узнает, что она не добавила: Твоя навсегда, Фэй. Или: Очень люблю. Но кто его найдет и где мне его оставить? И кого оно будет волновать, даже если его найдут, кто будет гадать, что там написано? С любовью, Фэй. Если только. Он прочел письмо вслух, каждое слово, от начала, Дорогой Тоби, до конца, С любовью, и, читая, он улыбался. Затем понюхал письмо. Лаванда, ландыш, французский папоротник, а какими духами пользовались его сестры? Цыпка, которая живет на севере, замужем, с детьми, в шикарном доме, обставленном по последнему слову техники, и Фрэнси, которая совсем юной погибла в огне, а он сидел на диване в доме Харлоу, в доме будущей свекрови Цыпки, и у него случился припадок, потому что гигантский еж с горящими иглами протиснулся за ним в дверь; и Дафна, в больнице и уже давно странная.
С любовью, Фэй.