Немецко-фашистское командование, обеспокоенное прорывом 2-й ударной армии, всеми силами стремилось не допустить деблокады Ленинграда. Оно срочно перебрасывало в группу армий "Север" подкрепления. Значительно усиливались и военно-воздушные силы. Если в конце декабря 1941 г. под Ленинградом было около 200 вражеских самолетов, то в марте 1942 г. их стало около 400.
Вопросы применения авиации на ленинградском направлении обсуждались даже в ставке Гитлера, который требовал "не начинать наступления, пока не улучшится погода, чтобы в полной мере, использовать поддержку нашей (немецкой. - Авт.) авиации"{35}. Активность фашистской авиации значительно возросла.
Все попытки 2-й ударной армии расширить прорыв и взять Любань оказались безуспешными. Хуже того, немецко-фашистские войска при активной поддержке авиации сумели 19 марта перерезать тыловые коммуникации 2-й ударной армии. Лишь 27 марта наши 52-я и 59-я армии восстановили положение. Через горловину, не превышавшую 3 - 5 км, пришлось впоследствии войскам, введенным в прорыв, с упорными боями пробиваться на соединение с главными силами. Успешнее развивалось предпринятое в марте наступление 54-й армии, которая прорвала вражескую оборону западнее Киришей. Но противник бросил против советских войск все резервы и остановил 54-ю армию, когда ей оставалось 30 км до позиций 2-й ударной армии.
Бороться с вражеской авиацией было очень трудно, так как ВВС Волховского фронта имели слишком мало самолетов-истребителей. Они составляли лишь 25 процентов всей авиации фронта. Только в конце марта ВВС фронта были усилены авиацией резерва Главного Командования. Поэтому основная тяжесть борьбы с неприятельской авиацией легла на летчиков Ленинградского фронта и Балтийского флота.
Прикрывая 13 марта 1942 г. наземные войска, звено 154-го истребительного авиаполка в составе майора А. А. Матвеева, майора П. А. Пилютова и капитана А. В. Чиркова над линией фронта встретило 4 "Мессершмитта-109". Атаковав врага, наши летчики сбили один истребитель и тут увидели немецкие пикирующие бомбардировщики Ю-87, которые готовились бомбить наши войска. Майор Матвеев повел звено на "юнкерсов", когда вдруг сверху "свалилось" еще 9 Ме-109. Однако ввязываться с ними в бой было нельзя: важнее было помешать "юнкерсам" прицельно сбросить бомбы. Оторвавшись от "мессершмиттов", советские истребители ударили по бомбардировщикам. Один самолет загорелся, другие шарахнулись в стороны. Теперь все силы, все внимание и мастерство наши летчики обратили на борьбу с "мессершмиттами", которые стремились во что бы то ни стало расправиться с отважной тройкой. Но врагу так и не удалось сбить ни одного советского самолета.
Успешно прикрывали войска 54-й армии летчики 127-го истребительного авиаполка. 20 марта группа истребителей в составе лейтенантов И. С. Белова, П. Р. Бон-дарец, А. II. Савченко, В. А. Плавского, К. М. Трещева, И. И. Петренко, Б. А. Горшихина перехватила 9 "Юнкерсов-88", прикрываемых 6 "Мессершмиттами-109". В упорном неравном бою советские летчики сбили 3 "юнкерса" и 2 "мессершмитта". На следующий день эта же группа вела бой уже с 15 вражескими истребителями Ме-109 и 8 бомбардировщиками Ю-88. Еще 2 "юнкерса" и 4 "мессершмитта" были повержены наземь. Командир советской группы лейтенант И. С. Белов при атаке "мессершмитта" получил тяжелое ранение в ногу. Но он все же сумел привести самолет на аэродром и произвести посадку. Вернулись на базу и остальные наши летчики.
Борьба за господство к воздухе была трудной и упорной. Но ленинградские летчики, закаленные в воздушных боях, с каждым днем добивались новых успехов. За месяц, с 22 февраля по 21 марта 1942 г., экипажи ВВС Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота провели 62 воздушных боя и сбили 72 самолета, из них летчики фронта - 41, летчики-балтийцы - 31. Наши потери при этом составили 14 машин.
Ленинградская авиация усилила также удары по аэродромам противника. В марте летчики фронта совершили восемь групповых налетов на аэродром Красногвардейск и четыре на аэродром Сиверская. С 15 по 19 апреля ВВС Ленинградского фронта нанесли еще шесть ударов по аэродрому Красногвардейск, в которых участвовало 62 штурмовика и истребителя. Было уничтожено более 40 неприятельских самолетов.
В результате энергичных действий военно-воздушных сил Ленинградского фронта, командующим которыми с февраля 1942 г. стал генерал-майор авиации Степан Дмитриевич Рыбальченко, а также ВВС Волховского фронта и ВВС Краснознаменного Балтийского флота деятельность авиации противника была в значительной степени парализована.
В конце марта из-за резкого потепления дороги, проложенные через болотистые участки местности и лесные массивы, испортились. Наши войска ощущали недостаток боеприпасов и продовольствия. Нарушались связь и управление. В июне врагу удалось закрыть коридор, соединявший войска, попавшие в окружение, с Волховским фронтом. Авиации была поставлена важная задача доставлять окруженным войскам продовольствие, боеприпасы, медикаменты и даже фураж лошадям, а также вывозить раненых и больных из окружения. Основная нагрузка легла на легкие ночные бомбардировщики По-2, Р-5, Р-зет, наиболее приспособленные к взлету и посадке на ограниченных необорудованных площадках. На транспортировку грузов для окруженных войск была задействована вся авиация Волховского фронта. Летчики Ленинградского фронта вместе с волховчанами и балтийцами надежно прикрывали окруженную группировку с воздуха.
Завершить Любанскую операцию не удалось. Ленинград продолжал оставаться в блокаде. Однако в ходе операции наши войска захватили инициативу в свои руки и вынудили противника вести оборонительные бои.
Большие надежды противник возлагал на летний период. В первую очередь он рассчитывал уничтожить советские войска западнее Дона, захватить нефтеносные районы Кавказа и перевалить через Кавказский хребет. Новый штурм Ленинграда был отложен до высвобождения крупных сил на каком-либо участке советско-германского фронта. После оставления советскими войсками Севастополя Гитлер 23 июля 1942 г. подписал директиву No 45, в которой, в частности, говорилось: "Группе армий "Север" к началу сентября подготовить захват Ленинграда. Операция получает кодовое наименование "Фойерцаубер" ("Волшебный огонь"). Для этого передать группе армий пять дивизий 11-й армии наряду с тяжелой артиллерией и артиллерией особой мощности, а также другие необходимые части резерва главного командовании"{36}.
Следовательно, наиболее напряженные бои на ленинградском направлении нужно было ожидать осенью.
Однако в воздухе напряженная борьба не утихала. Несмотря на относительное затишье, установившееся под Ленинградом на сухопутном фронте, авиация продолжала интенсивно вести воздушную разведку обороны противника, его огневых средств, передислокации частей и соединений, мест базирования военно-воздушных сил. Генерал-лейтенант Л. А. Говоров, назначенный в июне 1942 г. командующим войсками Ленинградского фронта, требовал от всех командиров детального изучения вражеской обороны как на переднем крае, так и в тактической глубине.
При выполнении разведки особенно отличился экипаж 117-й отдельной армейской разведывательной авиаэскадрильи во главе с командиром звена старшим лейтенантом В. М. Григорьевым, сбивший четыре неприятельских самолета.
Однажды весной 1942 г. экипаж Григорьева возвращался на базу после успешного выполнения боевого задания по фотографированию обороны немецко-фашистских войск в районе Синявино, Мга. Линия фронта уже осталась позади, самолет приближался к своему аэродрому, истребители прикрытия с разрешения Григорьева пошли к себе на посадку. И тут на наш самолет-разведчик неожиданно напали три "мессершмитта". Два фашистских истребителя зашли с разных сторон сзади, пытаясь взять Пе-2 в клещи, а третий атаковал в хвост. Стрелок-радист П. А. Обертас отгонял фашиста пулеметным огнем. Вдруг вражеский снаряд попал в кабину стрелка, повредив внутреннюю связь и бензосистему. Горючее стало выбивать в кабину, попало на прицел, и он вышел из строя. Однако Обертас не растерялся. Просовывая голову в люк кабины, он вел огонь, следя за трассой пуль. Ме-109 загорелся и камнем пошел вниз. Но атаки других немецких истребителей продолжались. Старший лейтенант Григорьев бросал машину в пике, вводил в крутые развороты, стараясь оторваться от "мессершмиттов". Но они не отставали. Во время одной из атак штурману лейтенанту П. М. Лисиненкову удалось сбить еще один фашистский самолет. И только после этого третий истребитель противника с разворотом ушел на свою территорию.