Так что сейчас англичане вроде бы как ускоренными темпами стараются пробиться вперёд и снять мины в проливе. «Флаг им в руки».
Последняя фраза моя. Это я так мысленно подвёл итоги всему услышанному.
Вторая половина совещания была посвящена нарезке новых задач по поддержке наших сухопутных частей и корректировке огня корабельной артиллерии с воздуха. В последнем будут в полной мере использоваться и самолёты Севастопольского авиаотряда. Три самолёта вместе с лётчиками как раз для подобных целей и находятся на борту транспорта сопровождения.
Возможно, «Муромцам» Шидловского придётся помогать атакующей сербской армии, но это пока только предположение. И то лишь только в том случае, если царь Константин снова начнёт затягивать и выжидать с отправкой своих войск на помощь сербам. Впрочем, вести о захвате Константинополя и проливов сегодня разлетятся по миру и заставят кое-кого принять правильные решения.
Поэтому пока основные задачи – это бомбардировка с воздуха турецких позиций к югу и к северу от городских окраин.
И на этом нас отпустили. А я-то думал, ещё и награждать будут… Шучу.
– И стоило ли всех нас здесь собирать? – пробормотал тихонько, пробираясь к выходу и стараясь при этом выглядеть незаметно. – Нам-то это всё знать на кой?
Не вышло.
– Господин полковник! Не торопитесь. Попрошу Вас остаться, – остановил меня Каульбарс.
Пришлось задержаться. Неужели кто-то мои слова за шумом отодвигаемых стульев услышал? Стою, ловлю на себе любопытные и сочувствующие взгляды пробирающихся к выходу авиаторов. Даже Сикорский, обходя меня, мимоходом умудрился пожать мою руку. Подбадривает.
– Ваше Императорское Величество? – обратился к Николаю Александр Васильевич.
– Присаживайтесь, генерал. И вы, полковник, не стесняйтесь, подходите ближе. Здесь все свои, – пошутил в мою сторону государь.
Доволен. Ещё бы ему не быть довольным. Событие, к которому он, да и не только он, а вся Империя столько времени стремилась, наконец-то свершилось! История в очередной раз повернулась к нам другим боком. В лучшую или худшую сторону, увидим.
Вряд ли в худшую. Сколько я когда-то читал и слышал, что если бы в своё время произошёл подобный захват, то вряд ли в России произошла бы революция…
– Сергей Викторович, каков остаток ресурса моторов на вашем самолёте?
Вопрос Императора оказался настолько для меня неожиданным, что я в первый момент даже несколько растерялся. Уж от кого-кого, а от Николая подобного вопроса никак не ожидал. Впрочем, сразу же собрался и ответил. А что тут думать? Тут даже думать не нужно, ответ сразу же автоматически из меня вылетел. Этот ресурс я всё время считаю, каждый прожитый день. Моторы потому что у меня стоят новые, только что с завода и можно сказать, что они сейчас проходят реальные испытания в боевых условиях.
И с ресурсом у меня очень интересная ситуация. Теоретически-то его определили по прежним нормам, в полсотни часов, а вот каким он на самом деле окажется? Понятно, что значительно выше. Но насколько? Пока таких данных нет. Мотор-то абсолютно другой. И работает по другому принципу. Так и ответил, что ещё половину не выбрал. Скрывать-то нечего.
Сразу стало очень интересно, почему в таком разрезе самого главного конструктора, напрямую отвечающего и за эти самые самолёты, и за новые моторы сейчас прочь удалили? Кому как ни ему о своём детище всё знать положено? Пусть бы Игорь Иванович и отчитывался перед государем о ресурсе. Или почему этот вопрос адресуется не ко второму моему компаньону – другу, а сейчас ещё и сослуживцу Шидловскому Михаилу Владимировичу? Который как раз сейчас рядом с нами и находится. Он и по званию, и по должности повыше меня будет. Или к генералу Каульбарсу…
Хотя, пока ещё подобных вещей здесь не принято знать. Это чуть позже, с наработанным опытом, подобные вещи в повседневную рутину и обязаловку войдут. Или уже начинают входить. Я же вижу, насколько неприятно генералу это своё сегодняшнее незнание и некомпетентность в только что заданном вопросе выказывать. Вопросе, кстати, его напрямую касающегося. И заданное, между прочим не кем-нибудь, а самим Государем.
Николай выслушал мой ответ, кивнул головой каким-то своим мыслям. Похоже на то, что этим мыслям мой ответ пришёлся как раз впору. Кивнул и продолжил:
– Надёжность и эффективность «Муромцев» в боевых, да и не только в боевых условиях оказались выше всяких похвал. И Александр Михайлович… – мельком брошенный взгляд на великого князя. – В этом меня очень горячо уверял. Особенно после столь знаменательного полёта с вами, Сергей Викторович. Князь был впечатлён вашим самообладанием в полёте и великолепным пилотированием этой огромной машины…