«Ты можешь думать, как хочешь, Виталий Александрович, – сказал Анугиразус, – но когда-то один из вождей твоей страны высказал очень мудрую мысль, что логика намерений слабее логики обстоятельств. Судьба не будет спрашивать тебя, что тебе нравится, а что – нет, она просто заставит тебя сделать то, что ею предписано».
«К чёрту всю эту философию, – сказал я. – Человек сам творец своей судьбы».
«Пока за эту судьбу не возьмутся те, у кого есть возможность ткать саму сущность вселенной, – словно закончил мою фразу Анугиразус. – Не тешь себя иллюзиями, Виталий, просто стань работником театра и исполняй свою роль. За вознаграждение, разумеется».
«Ну и чем же меня могут вознаградить высшие существа? – спросил я не без иронии. – Победой моей страны в войне? Властью? Богатством? Миром на тысячу лет? Чем?»
«Обстоятельства решат, – уклончиво ответил Анугиразус. – Кому-то достаточно того, чтобы его просто оставили в покое. Кому-то недостаточно и бесконечной власти. Посмотрим, чего ты стоишь».
Я почувствовал, как Анугиразус растворился в моём разуме, не оставив после себя и следа. На душе повисло поганое чувство, будто меня дёргают за ниточки, подобно жалкой марионетке, толкая вне воли к каким-то свершениям. Неужели всё действительно настолько фатально, что мне не остаётся ничего, кроме как подчиняться незримому высшему существу, возомнившему себя директором театра? Неужели совсем нет лазейки?
Нет. Лазейки нет. Откуда бы лазейке взяться в системе того, кто видит всё миллионами глаз во всей обозримой вселенной? Я про Пенутрия, разумеется.
От тревожных мыслей меня отвлекла наконец пришедшая из ванной в одном красном белье Света-драконица. Я невольно улыбнулся – красивая женщина всегда улучшит настроение мужчины.
Аккуратно положив свой костюм прямо на мою одежду на кресле и поставив тяжёлые сапоги рядом, она легла возле меня и залезла под одеяло. Она была холодной, ибо несколько минут простояла под ледяной водой.
– Ох, как же хорошо стало, – сказала Света-драконица и прижалась ко мне холодным телом, отчего я продрог. – Даже не думала, что душ так здорово бодрит.
– Теперь знаешь, – сказал я и приобнял её за плечо. Ещё час назад я бы не стал так делать, но теперь, раз обстоятельства велят, препираться нечего. – О чём с Зиной Карповой говорила, пока я со Славой курить уходил?
– Ни о чём серьёзном, – ответила Света-драконица, положив руку мне на грудь. – Познакомились по-человечески, поговорили о твоей встрече с Владимиром, посмотрели фотографии. А ещё она предложила мне когда-нибудь заключить женский союз.
Я нахмурился.
– Чего заключить? «Женский союз»? Общественная организация али метафора?
– Нет-нет. У русских драконов отношения между полами возымели интересный оборот с течением миллиардов лет. Мужчины относятся друг к другу как братья, вне зависимости от возраста, родства и статуса, ибо в обществе русских драконов царит строгий патриархат, то есть мужчины решают все вопросы, пусть женщины и имеют право высказаться. Чтобы принимать важные решения, нужно уметь друг друга выслушать, а значит иметь хорошие отношения, отсюда и братство. Женщины же, в свою очередь, относятся друг к дружке как к соперницам, ибо каждая из них очень хочет получить себе лучшего мужа и видит в другой женщине конкурента. Однако когда русская драконица выходит замуж, дух соперничества из неё улетучивается, и она начинает дружить с другими замужними драконицами. Это и есть женский союз.
– У людей такой чуши не бывало. И что ты ответила?
– Я сказала, что, наверное, это дело в их кругу полезное, но пока что не знаю. Я с Зиной знакома-то всего-ничего, а тут уже союзы заключай. Тем более, что там целый ритуал есть, в котором надо поклясться никогда не посягать на других мужчин, окромя мужа своего, быть верной женой…
– А что, это для тебя разве невыполнимо? – с издёвкой спросил я.
– Не в этом дело. Там ещё по произнесении текста всей этой клятвы нужно обняться и поцеловаться.
– Куда ещё поцеловаться, чёрт возьми? – спросил я, нахмурившись ещё сильнее. – В губы, что ль?
– Фу, какой ты мерзкий, Витя! – разозлилась не на шутку Света-драконица и хлопнула меня по груди ладонью. – Тьфу на тебя! Три раза в щёки целоваться надо, по доброй русской традиции. Как тебе эта мерзость вообще в голову-то взбрела?
– Да я что, знаю, что ли, все порядки местные, Свет? – немного с обидой спросил я в ответ. – Чёрт вас вообще знает, как вы тут свои союзы дурацкие заключаете. Мало ли ещё, что вы там друг другу делаете, когда клянётесь друг другу во всякой ерунде.