Это хорошо, что она почувствовала их именно так, ибо я действительно ухватился за её разум «щупальцами», большую часть которых я использовал для отвлечения внимания (та самая «приятная щекотка»). Остальная часть ждала момента, когда можно будет ворваться в закрома разума.
– Можно? – спросил я, осторожно коснувшись подбородка Светы-драконицы, желая пройтись по нему пальцами.
– Разумеется, – ответила она ласково и мило улыбнулась.
– Ты… очень красивая, – сказал я тихо. – Не ожидал.
– Правда? – спросила Света-драконица, подняв брови, искренне удивляясь. – Я рада. Может, что-то тебе во мне не нравится? Я могу измениться тут же.
Внезапно для самого себя я проникся красивым и утончённым лицом Светы-драконицы. Плохие эмоции внезапно ушли, я хотел смотреть на её лицо, изучать чешуйки, трогать их. В обличии гибрида они были особенно мягкие и приятные, как кожа.
– Я не сведущ в драконьей красоте, но мне и так всё нравится.
– А! Так ты же, считай, и не видишь ничего. Сейчас исправим.
Света-драконица сорвала с себя одеяло и предстала в первородном обличии. Она стала заметно крепче и немного крупнее, чем в человеческой форме, конечности обросли мышцами, грудь и живот покрыли крупные пластинчатые горизонтальные чешуйки.
– Господи… – прошептал я, то ли удивляясь, то ли ужасаясь.
– Не нравится? – чуть поникшим голосом спросила Света-драконица и прикрыла грудь рукой. – Не стоило мне быть столь резкой…
– Да нет, не в этом дело. Неожиданно, знаешь ли, для меня видеть драконицу… В столь интимной обстановке.
Света-драконица смущённо улыбнулась, положив одну руку мне на плечо, а другой обвив шею. В её глазах появился фиолетовый огонёк. Своим лицом я чувствовал её тёплое дыхание – так близко она ко мне была.
– Не хочешь поцеловать драконицу, мой дорогой? – тихо и томно спросила Света-драконица. – Прямо в губы.
– Не знаю, – столь же тихо, но честно ответил я, глядя ей прямо в глаза. – Боюсь чуток.
Взгляд Светы-драконицы скользнул по моим тонким губам и медленно поднялся обратно наверх. Её красный язык аккуратно увлажнил кажущиеся сухими уголки рта.
– Я тоже чуток боюсь, – сказала она. – Но я очень хочу тебя. Позволь тогда мне сделать первый шаг. Закрой глазки.
Опять захотелось отпрянуть, отказаться, уйти, но я взглянул страху прямо в его фиолетовые очи с вертикальными зрачками и кивнул. Веки опустились, и через секунду я почувствовал удивительно мягкие драконьи губы. Влажные, шершавые, чересчур приятные…
Я хотел рвануть назад, но Света-драконица удержала меня, ухватила ещё сильнее и теснее прильнула своими губами к моим. Я хотел оттолкнуть её, но потяжелевшее от метаморфозы тело Светы-драконицы вдруг оказалось надо мной и вдавило меня в кровать, делая любые попытки освободиться тщетными. Стало жарко. Я возмущённо простонал, когда Света-драконица, в попытке превратить обычный поцелуй во французский, стала настойчиво открывать мне рот. Её влажный язык скользил по моим губам, подобно змее, а я не хотел позволить ему проникнуть внутрь. Света-драконица теснее прижалась мягкой грудью ко мне, а её хвост пуще прежнего зашуршал по постели.
Как бы это странно и комично ни звучало, но драконья слюна по вкусу чем-то напоминает апельсин – чуть терпкая, но одновременно и приятно сладкая и кислая. Странное наблюдение. Но моя рука вскоре сама обхватила талию Светы-драконицы, а вторая инстинктивно потянулась ниже, желая коснуться…
«Нет, довольно» – пролетела тогда мысль в моей голове.
Я постепенно начал хотеть Свету-драконицу. Очень уж сильно она привлекала меня. Но как бы мне ни хотелось в тот миг провести с ней ночь, мне всё ещё нужно было разгадать её секрет. Я мигом создал копию своего сознания, оставил её внутри собственной головы, чтобы она закончила за меня, а настоящий я провалился в глубины распахнутого «щупальцами» разума Светы-драконицы.
Глубины чужого разума трудно описать ёмко. Особенностью внутренней реальности любого живого существа является уникальная и удивительная смесь воспоминаний, мыслей, страхов, любви, надежд и мечтаний. В те мгновения я не ощущал своего тела, мой обширный разум плыл по моему повелению между ликами различных личностей; перед несуществующими моими глазами возникали и быстро исчезали обрывки воспоминаний:
– Уважаемые первоклассники, добро пожаловать в школу номер восемь города Се… – сказал очевидно директор перед строем школьников одним солнечным днём, но закончить не успел.