– Неужто? – спросил я с недоверием. – Тебе легко говорить, эта твоя способность изменять внешний вид – врождённая. Ну же, попробуй мне объяснить, как ты это делаешь, избегая общих фраз, вроде «направляю энергию сквозь клетки тела».
– В таком случае, тебе не помощник даже Пенутрий, – сказала Света-драконица, – ибо основа любого умения энерговеда – направление энергии сквозь клетки тела.
– Я это и без тебя знаю, – я взял правую руку Светы-драконицы в свою. – Дай считать энергетический код. Я попробую по-другому.
– У драконьей чешуи есть естественный барьер, – сказала она, не противясь моим движениям, – ты не сможешь считать её код, пока находишься вне моего разума, равно как и не сможешь направить энергию сквозь неё.
– Я знаю, Света, знаю. Однако, быть может, получится по-другому. Давай-ка попробуем кое-что. Будет немного больно.
Я и не собирался считывать код со стороны разума. Мне нужна была сама чешуйка, а также капля драконьей крови – то, что называется генетическим материалом. Света-драконица зашипела, когда я ногтем поддел одну из мягких белых чешуек на её руке, отломил её, обнажив красноватую «кожу», и резко, но неглубоко вошёл пальцем, разорвав ногтем эту «кожу», далее в мягкую мышцу предплечья прямо под чешуёй, анатомически представляющую из себя своеобразный сросшийся с телом панцирь.
– Что ты делаешь?! – не без тревоги спросила Света-драконица, схватившись за мою руку. – Больно же!
– Тише, у меня есть план, – сказал я сосредоточенно, а затем мягко добавил. – Потерпи чуть-чуть, дорогая, прошу тебя.
Света-драконица продолжила морщиться, но меня всё-таки послушала. Раздавив первый попавшийся маленький сосуд под чешуёй и обагрив палец кровью, я вытащил его (палец, разумеется) из раны, положил чешуйку на ладонь и накапал на неё кровью.
– Кровь несёт энергию, а чешуя – творение этой энергии, в ней должна быть память, – большим пальцем левой руки и «щупальцами» я раздавил чешуйку и смешал её затвердевшие обломки с кровью. – Света, разрежь мне ладонь левой руки своим острым когтем.
– Зачем? – не поняла она.
– Ты хотела, чтоб во мне проснулся дух исследователя? – спросил я. – Сейчас самое время, помоги мне.
Света-драконица сделала небольшой, но глубокий разрез, в который я быстро погрузил бордовую смесь. Зажав рану большим пальцем, я прикрыл глаза и мысленно повторил ту фразу:
«Пока творишь, сосредоточься, и возникнет чудо, но если ты устанешь и у тебя закончится энергия, наступит смерть».
Я стал манипулировать энергией, хорошенько сосредоточился и стал высасывать недостающую энергию из нескольких ламп, освещавших спальню. Рану жгло, но силу мысли остановить было уже нельзя. Чужая кровь впиталась в стенки раны, и структура чешуи мне стала ясна, как день. Пропустив сквозь руку другую, творящую энергию, которой во мне накопилось порядком, я вдруг почувствовал, как что-то изменяется. Открыв спустя минуту глаза, я увидел, как моя человеческая кисть сменилась зелёной, драконьей. Чуть изменив потоки, я узрел возвращение её в нормальную – твёрдая чешуя рассосалась, а когти втянулись и стали ногтями. Я повторил манипуляцию дважды – ни разу мне не было больно.
– Невероятно, – сказала Света-драконица, завороженно глядя на руку. – У тебя получилось!
– И правда, – я попробовал протянуть чешую дальше по руке, а также изменить другую руку и даже одну ногу. – Интересный опыт.
– Я даже не думала, что можно так сделать, – сказала Света-драконица и облизнула длинным языком быстро заживающую рану на своей руке. – Ты молодец, приспособился.
– Однако я не хочу быть драконом, – сказал я и вернул все изменённые конечности в норму, сжав руку в кулак. – Я хочу узнать, как можно использовать это умение в бою против Анугиразуса.
– Давай обдумаем это в другой раз, – сказала Света-драконица и поцеловала меня в щёку. – А сейчас нам лучше поспать. Я очень устала, да и с тобой очень много событий произошло. Утро вечера всяко мудренее. Согласен?
– Согласен, – вздохнул я, совсем не чувствуя себя уставшим. – Ты спи, я ещё полежу, поразмышляю.
– Как пожелаешь, – сказала Света-драконица, прижалась ко мне всем до сих пор холодным телом, а затем добавила. – Да, кстати, хочу сказать кое-что. Спасибо тебе.
– За что? – спросил я.
– За любовь, – ответила она. – Я очень рада, что ты мой. И за то, что ты не отвергаешь меня. С тобой всегда хорошо. Света-человек увидит сегодня ночью приятные сны с тобой. Спокойной ночи, милый котик.