– А что, у вас больше нет производства протезов? – спросил Евгений саркастически. – Я что-то пропустил, и у вас закрыли КанЗТочМаш?
– Нет, вы не поняли, про что я. Первый Посвящённый говорил, что в третий мир-измерение нельзя попасть с чем-то, что не принадлежит от рождения, исключением является лишь одежда. Протез явно не будет являться одеждой по законам вашего мира-измерения.
– Это так, – кивнул Евгений. – Но только если не наполнить его правильной энергией, сделав частью себя. Никаких проблем не будет, я всё продумал.
– Что ж, пусть так, – я вздохнул. – Вы, наверное, подумали, что я буду с вами спорить, да? Буду отнекиваться? Да у меня выбора просто-напросто нет. Логика намерений слабее логики обстоятельств, помните? Знаете, я ещё тогда, когда увидел эти галлюцинации, почувствовал, как кто-то на меня смотрит. И смотрит с ненавистью, с желанием убить. Именно он говорил за меня то, что мне не пришло бы в голову сказать. Буду честен, не представляю, каким надо быть глупым, чтобы отказаться от вашего предложения. Так-то хоть какой-то шанс есть выжить.
Евгений заметно расслабился.
– Люди не всегда осознают истинную опасность происходящего. Их не убеждало то, что они видели, и то, что я говорю. Идея Порядка поглотила их целиком, мой брат хорошо постарался.
– Владимир-то ваш брат? Неудивительно, вы ведь оба драконы.
– Не поэтому мы братья. Есть и другие драконы в третьем мире-измерении. Мы все изначально были лишь бесформенными сущностями, лишь затем выбравшими себе внешний вид. Мы с Владимиром друг другу братья, просто потому что решили так когда-то давным-давно. Кстати, открою тебе маленькую тайну – я должен был, согласно задумке Пенутрия, быть вашим альтернативным богом, только уже Упадка, но смог воспротивиться. Быть может, именно таким меня видели остальные, а потому не верили мне. Но то было годы назад, когда Культ Дракона был слаб, а вера во Владимира – непоколебима…
Пока Евгений говорил, я упёр взгляд в стол и не видел ничего, кроме его гладкой поверхности и края золотого подсвечника. На меня лавиной накатили думы, а основной мыслью стала фраза: «Эх, попал я…». А ведь именно моё любопытство и поставило меня под удар. Чёрт возьми, какая нелёгкая меня понесла спрашивать что-либо у Петра Иваныча? Сидел бы себе да работал, может и не пришлось бы сейчас катиться в госпиталь с переломанными ногами…
Я почувствовал прикосновение чьей-то руки к моему плечу, обернулся и крайне удивился, увидев перед собой человека лет пятидесяти. На его лице только-только начали появляться морщины, а тёмные волосы и аккуратную бородку лишь отчасти обелила седина. Он носил бурые брюки и белую рубашку в синюю полоску с коротким рукавом. Это был Евгений, я сразу догадался, что он стал человеком. Единственным, что осталось у него от дракона, был взгляд, казавшийся мне уже гораздо менее колючим, чем раньше.
– Давай прогуляемся, тебе нужно собраться с мыслями, – сказал Евгений. Его голос остался таким же басистым, но утратил ту глубину, какой обладал раньше. Неудивительно – грудная клетка ведь тоже изменилась.
Как-то и не заметил я, что обстановка вокруг внезапно изменилась. Место бесконечной тьмы заняли бесконечные просторы, до боли знакомые, словно я их где-то уже видел. Повсюду было зелено, леса и поля раскинулись до самого горизонта. По небу плыли белые облака, в воздухе витал приятный запах цветения. Мы стояли на протоптанной тропе. Воспоминание о пейзаже так и ёрзало у меня в голове, но всё никак не получалось осознать его и прийти к простому выводу, что…
– Это третий мир-измерение, – сказал Евгений, поставив всё на свои места. – Конкретно – Родина, моя планета. И моего брата.
– Надо же. Тут и правда очень красиво, прямо как первый Посвящённый говорил, – сказал я, глядя по сторонам. – Чувствую себя на воле. Настоящей.
– Я тоже, – Евгений улыбнулся. – Я основывал эти пейзажи на Центральной России, Сибири и Дальнем Востоке.
– Постойте, а как вы смогли перенести меня в третий мир-измерение? – поинтересовался я вполне справедливо. Напоминаю, чтобы оказаться в нём, нужно пройти специальную подготовку.
– Я и не переносил, – ответил Евгений. – Лишь создал образ в твоей голове, направил твою фантазию в нужное русло. Это «половинная» копия того мира, где живу я с женой и детьми. Но без них и многих других деталей. Но зато с моим домом. Его частью. Вон он.
Я уже заметил крупный город поодаль. Заметил и столбы чёрного и белого дыма, исходящего от видимых даже отсюда больших труб, прилегавших к колоссальным заводам.