Лёжа рядом со Светой, я раз за разом вспоминал о Герое России Владиславе Карпове – том самом, который стал первым Посвящённым Владимира и стал проводником его идей и мыслей в наше общество. Благодаря его усердной пропагандистской работе наша страна мобилизовалась ещё задолго до войны и была к ней готова. Бывший солдат оказался воистину убедительным оратором, за которым пошёл не только народ, но и целое государство.
Вспоминал я, однако, не его подвиг, а то, что он был драконофилом. Людей он тоже любил, конечно, ибо не являлся полнейшим психопатом, но иной жены, кроме Зинаиды, которая на публике представала в образе человеческой женщины, но перед своим мужем могла предстать в виде человекоподобного дракона, он не признавал.
В нашей стране уже давно, ещё с прихода к власти «Союза Самостоятельного Развития», запрещены любые сношения с чужаками. И это правильно, я считаю. Причин тому много, начиная различными заболеваниями и заканчивая тем, что они банально наши враги. Не научились ещё люди с ними строить добрососедские отношения, да и сами чужаки не очень-то горят желанием с нами дружить. Менталитет слишком разный. Кроме того, уже давно доказано, что сношения с чужаками – прямой путь к гедонизму, гниению разума и предательству.
Наши властные умы встали в тупик, когда Владислав, пусть и без капли присущего разного рода извращенцам личного превосходства, заявил однажды, что его жена – драконица. Я обязан отметить, что сам он был хорошим человеком, пусть и с таким «загоном», как говорили когда-то. Есть даже запись с этим заявлением, где затем он говорит о том, что его брак с драконицей Зинаидой является не более чем укреплением союза между людьми и высшими существами и где наше партсобрание молча смотрит на него с нескрываемым удивлением, а кто-то – даже с гневом. Вся остальная Россия тоже, наверное, сильно удивилась, смотря его выступление по телевизору. Точно, правда, не знаю, я ведь тогда ещё не родился. Давно это было.
Говорят, что Владислав сейчас живёт в третьем мире-измерении вместе со своей женой. И, принимая этот факт во внимание, я упорно не понимал, как можно любить дракона. Восхищаться им, дружить и работать с ним, учиться у него, вместе проводить время – это ещё куда ни шло, разумное ведь существо, так ещё и де-факто русское, считай соотечественник. Но чтобы любить драконицу, как если бы мужчина любил женщину, целоваться с ней, заниматься с ней тем, к чему любовь всегда приводит, это, простите меня, какая-то клиника. Это правило и в другую сторону вполне работает, я имею в виду случай, если женщина полюбит мужчину-дракона.
Я пытался убедить Свету принять человеческий облик хотя бы на часок, чтоб мы могли взглянуть друг на друга как равные, а не как чудище и его «пленник». Напрасно – она оказалась непреклонна, сказала, что не хочет менять обличие и становиться человеком. Столь же непреклонным оказался и я, когда она предлагала мне стать драконом. Тоже на часок. Много говорила мне о том, насколько это здорово – почувствовать себя большим, сильным, хвостатым и зубастым. Но меня это не убедило, ибо я прекрасно знал, что дракон – очень могущественное существо и заставит меня скучать по альтер эго. Кроме того, раз уж я родился человеком, значит таковым и останусь. Принцип есть принцип.
«Ваш взгляд считаю истинно верным, товарищ Чудов, – сказал СЕКАЧ, прервав вдруг мои мысли. – Остаться человеком значит сохранить человеческий уклад жизни».
«Ты говорил, что не умеешь считывать мои измышления, – сказал я. – Врал, поди?»
«Нет. Последние предложения вы произносили мысленно вслух. Потому я их и услышал».
«Правда? Я и не заметил. Не подскажешь, где мне куртку найти? Или рубашку хотя бы?»
«Самый логичный и, пожалуй, единственный вариант – шкаф в вашей комнате. Иных мест для хранения одежды я не замечал».
«Лучше и не скажешь – вариант и правда самый логичный. Знаешь, СЕКАЧ, а ведь не будь тебя, я бы и без всяких подсказок пошёл к шкафу. А так, решил у тебя спросить, сам не знаю зачем. Разум слабеет, если есть универсальный помощник».
«Будьте уверены, товарищ Чудов, учёные видят это и будут пытаться решить проблему. Помощник в лице имитации интеллекта должен помогать, а не мыслить за носителя».
«Главное, чтобы не вышло так, как однажды вышло с Интернетом. Вроде рассчитывали на то, что людям откроется безграничная библиотека со знаниями, а в итоге он превратился в информационную помойку, где резвятся дезинформация да дегенераты со столь же дегенеративными продуктами «умственного» труда».