От одной только мысли об этом большем, внизу живота начало тянуть, все желания устремились туда и скрутились в тугой влажный клубок.
Кровь стучала в ушах. Ему было страшно до ломоты в суставах, но этот шаг был необходим. Едва появилась Мариз, Магнус как-то стушевался и отступил. Позволил родным спокойно поздороваться или снова начал сомневаться?
Он собрался с духом и поднял взгляд.
Алек застонал прямо в губы Магнуса. Тот сильнее сжал объятия и толкнулся бёдрами вперёд. Нельзя было не заметить, как сильно натянуты его брюки, твердый бугорок потёрся о член Алека, вызвав ещё один стон.
Магнус усмехнулся.
— Чего ты хочешь, Александр? — хриплый шёпот пробежался по спине обжигающе-ледяной волной. Алек ощущал себя на канате под куполом — одно неверное движение, и сорвёшься в бездну.
И он готов был сорваться.
— Тебя.
Магнус глухо застонал и, схватив Алека за здоровое плечо, развернул. Теперь он владел ситуацией: нависал, окружал, возбуждал ещё сильнее, потому что внезапно оказался везде.
Мариз выдохнула так тихо, что услышал только он:
— Я горжусь тобой, Алек.
Цирковые смотрели недоверчиво, но это не было плохо. Неожиданно, да. Но не плохо.
Алек облегченно рассмеялся и прижал Магнуса ближе к себе.
Магнус чуть оторвался от Алека и развернул его к себе спиной, чтобы прижаться напряженным прессом. Алек, не в силах контролировать себя, почти налетел на стену и зашипел. Гипс ударился о бетон, и тело пронзила боль.
Кончики пальцев, предплечье, плечо. Он зажмурился.
— Александр? — дрожащий от возбуждения голос звучал испуганно.
— Кажется, сегодня на подвиги я не способен, — он усмехнулся.
— Давай остановимся?
Алек обернулся через плечо и недоверчиво уставился на Магнуса. Он действительно это спрашивал?
— Даже не думай об этом.
Магнус кивнул. Тёплые губы прижались к затылку Алека, мурашки заставили его прогнуться в спине и тихо застонать.
Магнус проник руками под край наброшенной поверх майки и гипса рубашки. С нажимом провёл от копчика вверх, добрался до края бинта и остановился, тяжело дыша.
Алек ощутил себя хрупким вазоном времён династии Минь. Или хрустальной фигуркой, очень редкой, над которой чахли бы все коллекционеры.
Но тело требовало другого. Узел внизу живота всё рос, пальцы на ногах поджимались, а джинсы с каждой секундой становились уже.
Плевать на боль. Он хотел Магнуса. Везде. Сейчас.
— Ну же, Магс. Я не сломаюсь.
Магнус с сомнением хмыкнул. Алек понял, что он скорее остановится, чем ещё раз причинит ему боль. И эта забота хотя и была чертовски мила, но совершенна неуместна.
Он не хотел останавливаться. Он хотел того самого большего.
Рука сама потянулась к джинсам, держащимся на бёдрах. Он возблагодарил тот момент, когда решил отказаться от ремня, потому что одной рукой застегивать его было довольно проблематично.
Пуговица легко поддалась, словно сама хотела того же, чего и Алек. Звук расстегиваемой ширинки пронёсся по тихой комнате.
Магнус задохнулся.
— А ты настойчив…
— Привык получать, что хочу.
Магнусу пришлось поддаться, как той пуговице, и он вновь оказался прижатым к стене. Алек отошёл на шаг и оглядел его с ног до головы. Полностью одетый, лишь слегка растрёпанный, с тяжело вздымающейся грудной клеткой, распахнутыми глазами и влажными, припухшими от поцелуев губами.
Боже.
Как же Алек его хотел.
Он почти в мгновение оказался на коленях и вступил в бой с ремнем на клетчатых брюках. На греховно узких клетчатых брюках.
Он не справился бы без помощи, но Магнуса повело. Они в три руки разделались с ремнём и рядом пуговиц, и Алек дёрнул вниз брюки вместе с трусами, выпуская из тесного плена возбужденную плоть.
Длинный, твёрдый член — произведение искусства, не иначе — покачивался на уровне глаз Алека. Он легко подул на головку.
Магнус громко застонал, двинул бёдрами и запрокинул голову назад.
Всё это пробуждало воспоминания. Несколько дней назад они принесли бы только боль, но сейчас… Сейчас всё было иначе. Алек впустил их в себя, всё, что осталось в памяти, готовый смаковать их до конца своей жизни, ну или до того момента, пока они не смоются другими, более яркими, ведь впереди у них много времени. Очень много времени.
Хотя та встреча в Индианаполисе наверняка не покинет его.
Но сейчас хотелось всё сделать иначе. Прекрасный полуобнаженный мужчина стоял перед ним, его плоть налилась желанием, и всё это было во власти Алека.