— Что…? — она быстро листала страницу за страницей, но книга оказалась полностью пустой, будто кто-то тщательно смыл все чернила.
Охваченная беспокойством, Бард Свиночка опустилась на кровать, продолжая листать страницы. В голове крутился один вопрос: как это возможно? Всё это казалось ей нелепым, нереальным, словно сон, в котором всё зыбко и неопределённо.
Сжав книгу в лапках, она решительно направилась вниз. Подойдя к Барду Зоркой, она протянула книгу, почти не веря в то, что делает.
— Это разве не ваше? — её голос звучал с нотками сомнения и растерянности.
Зоркая взглянула на книгу и покачала головой.
— Впервые его вижу, — ответила она и в её голосе не слышалось ни осуждения, ни обвинений, только спокойная уверенность, которая приводила Барда Свиночку в ещё большее замешательство. Кто же тогда был владельцем этого дневника?
***
Все барды, с горящими глазами и наполненными волнением сердцами, вышли на сцену. Зал затаил дыхание, напряжение было осязаемым, словно сама атмосфера ожидала этого мгновения. Лёгкий свет свечей освещал их мордочки, а каждый шаг был как предвестие важного события. И вот, когда все взгляды были устремлены к Леди Лапке, она встала со своего места, изящно и величаво, как истинная королева вечера. Взмахнув лапкой, она призвала тишину.
— Победитель в состязании бардов является… — её голос был легким, но полным уверенности, словно каждое слово было торжественным приговором. — Бард Свиночка!
Реакция разорвалась, как гром среди ясного неба. Свиночка, не в силах сдержать волну эмоций, засвистелаМорские свинки не пищат, а именно свистят от радости. С громким, радостным свистом, она бросилась в объятия своих коллег-бардов, которые, в свою очередь, не теряли времени, прижимая её к себе, смеясь и поздравляя.
А между тем, среди всей этой бурной радости, Бард Свиночка заметила взгляд Кудесника Кабака. Он стоял чуть в стороне, его глаза блескали игривым светом, и, словно по секрету, он подмигнул ей. В этом движении было что-то загадочное, почти таинственное. И в этот момент она увидела, что в его лапках был тот самый дневник, который она украла. Неужели… неужели маг действительно помог ей? И, что удивительнее, сделал это бесплатно, без всяких условий и просьб?
Пророк Закатной Лапки
Брат Блинчик привык рано вставать, встречая утреннюю тишину как драгоценный подарок, когда ещё не пробудились хлопоты дня. В воздухе витал аромат трав, который разливался по комнате, пока он неспешно ел свой суп из моркови, приправленный щепоткой душистого тимьяна и базилика. Его взгляд то и дело возвращался к небольшой статуе Сияющей Лапки, стоявшей на деревянном обеденном столе. Она выглядела великолепно: морская свинка с крыльями, окутанная длинным плащом, изящно протягивала лапку с пучком петрушки — символом скромного изобилия и простого счастья. Отливая в свете ранних солнечных лучей, статуя казалась живой, словно готовая шепнуть слова утешения.
Брат Блинчик задержал взгляд на статуе, и его сердце наполнилось теплотой. Он всегда находил в этом образе утешение и вдохновение, как будто сама Сияющая Лапка смотрела на него своими невидимыми глазами, мягко напоминая о свете, который он должен нести в этот мир. Доев суп, он аккуратно сложил ложку на тарелку, вытер губы тканым платком и облачился в свою привычную рясу.
Выйдя в зал, он обнаружил, что утро уже собрало нескольких прихожан. Шпион Ушастик сидел на самой первой скамье, настороженно сложив лапы, а рядом с ним потягивалась Бард Свиночка, сонно жалуясь на холодное утро. В дальнем углу зала, с лёгкой, но царственной грацией, расположилась Леди Лапка вместе со своей советницей Лаапой. Увидев их, Брат Блинчик кивнул с приветливой улыбкой.
Он вышел вперёд, заняв место у подножия большой статуи Лапки, высеченной с любовью. Её крылья, словно готовые обнять весь зал, отбрасывали на стены мягкие тени. Брат Блинчик сложил лапки, поднял глаза к статуе и начал свою проповедь:
— Друзья мои, возлюбленные дети Сияющей Лапки, сегодня мы собрались, чтобы вспомнить нашу наставницу, чьё сияние ведёт нас сквозь мрак этого мира. Пусть её свет будет нашей звездой, нашим ориентиром, когда мы бредём через долины сомнений и горы испытаний.
Его голос становился мягче, словно он беседовал с каждым из собравшихся лично:
— Знаете ли вы, что делает её свет столь сильным? Это не просто свет истины или безупречности. Это свет, который обнимает даже самые тёмные уголки — и мира, и наших сердец. Сияющая Лапка не ждёт от нас совершенства. Она знает, что мы слабы, что в каждом из нас скрыта тень. Но её свет — это свет принятия, свет преображения. Она говорит каждому из нас: «ты — не менее дорог мне из-за своих ошибок. Мой свет сияет в тебе даже тогда, когда ты сам не видишь его».