Морские свинки в толпе кивали и перешёптывались, многие уже вытаскивали из маленьких сумочек кавионы, готовые приобрести «священные» предметы.
Брат Блинчик, у которого на мгновение от возмущения пропал дар речи, глубоко вздохнул и сделал шаг вперёд. Толпа расступилась перед ним, и разговоры затихли.
— Почему вы убеждены в Великом Закате? — спросил он, погладив усы и прищурив глаза. Его голос прозвучал мягко, но дрожал от ярости. — Сияющая Лапка никогда не говорила ничего подобного!
Пророк медленно повернул голову к священнику и улыбнулся. Его улыбка оказалась хитрой, почти издевательской.
— Вы просто плохо читали её письмена и слова её апостолов! — заявил он.
— Сияющая Лапка даровала нам свет для всех, без исключений, — продолжил Брат Блинчик, не обращая внимания на насмешливый тон. — Её свет — это не только солнце, но и сияние, которое горит внутри каждого из нас. Это благодать, которую не погасить ни ночью, ни днём.
Он подошёл ближе и скрестил лапки на груди.
— Скажи мне, Пророк, как ты узрел то, что сама Лапка не обещала даже своим апостолам? Почему её слова, полные любви и надежды, вдруг превратились в угрозу и страх?
Пророк хитро прищурился, но, видя внимание толпы, продолжил:
— Сияющая Лапка предвидела этот день. Она знала, что не все смогут спастись без её света. Эти свечи и зеркала — её дар! Они помогут вам пережить тьму, когда она накроет нас всех.
Брат Блинчик поднял лапку, указывая пальцем на одно из зеркал, которое Пророк держал в своих лапках, как величайшую святыню.
— Но разве Сияющая Лапка просила у нас подобных жертв для спасения? Разве её свет — это не дар внутри нас самих? Разве мы не можем обратиться к ней через любовь, добрые поступки и молитву, вместо того чтобы покупать вещи, которые ты называешь чудотворными?
Толпа зашумела, некоторые морские свинки переглядывались, их мордочки стали отражать сомнения.
Но Пророк не сдавался:
— Это не просто вещи! Они найдены в местах, где была сама Сияющая Лапка! Она касалась их! Они единственные, кто может спасти нас от Великого Заката!
Брат Блинчик, несмотря на свой спокойный нрав, почувствовал, как внутри него закипает гнев. Он видел, как наивные прихожане уже потянулись за кавионами, и понимал, что только словами он не сможет остановить этого обманщика.
— Ты говоришь об истине, Пророк, но твои слова запятнаны жадностью, — тихо сказал он, сделав шаг назад. — Если бы Сияющая Лапка слышала тебя сейчас, я уверен, она бы опечалилась.
Он оглянулся на толпу и мягко добавил:
— Я вернусь, друзья мои. И вместе мы откроем истину.
С этими словами Брат Блинчик развернулся и направился обратно к храму. Ему нужен был Брат Оладушек — тот, кто знал все писания Апостольских Лапок лучше всех. Вместе они могут попытаться разоблачить лжепророка.
***
В мягком свете, льющемся сквозь витражи храма, Брат Оладушек медленно вышагивал по каменному полу, тщательно протирая каждую статую апостолов. Его движения были плавными и нежными, как будто он касался не холодного камня, а живых существ. Взгляд его глаз, тёплый и полный благоговения, задерживался на каждой фигуре, будто он вёл с ними молчаливую беседу. Особенно долго он стоял перед статуей Златошёрста, покровителя плодородия, любуясь его резными золотыми колосьями в лапах.
— Как же вы красивы, — прошептал он, бережно проводя тканью по отполированным каменным щёчкам статуи, а затем не удержался и поцеловал их. — Пусть ваша мудрость сияет для всех.
Протерев последнюю статую, Оладушек устало выдохнул, но в глазах его горело удовлетворение. Работа выполнена. Теперь можно было позволить себе немного отдохнуть: он мечтал о свежем овощном салате и тихом вечере с любимой книгой — «Подвиги Норнострасти», которую он перечитывал уже в сотый раз. И его каждый раз вдохновляло то, как Норнострасть расправлялась со своими врагами. Эта чёрно-белая морская свинка была по истине воинствующей!
Однако его планы неожиданно прервал скрип дверей. На пороге храма стоял Брат Блинчик, его белые усы слегка подрагивали, а в глазах читалось напряжение. Это зрелище настолько удивило Оладушка, что он на мгновение застыл, забыв о приличиях.
— Брат Блинчик? — наконец вымолвил он, поднимая брови. — Неужели ты наконец осознал, насколько важны деяния апостолов?
Блинчик слегка улыбнулся и неторопливо погладил свои длинные усы, будто взвешивая ответ.
— Я это давно понял, — наконец сказал он, его голос прозвучал низко и серьёзно. — Однако сегодня я пришёл не спорить с тобой. Есть кое-что, требующее твоего внимания.