— Ну что, мои маленькие создания, посмотрим, кто вы на самом деле, — тихо пробормотал он, поглаживая рог, словно это помогало ему сосредоточиться.
Прибор начал медленно работать, издавая мягкий механический гул. Пиявки извивались, и их тела стали покрываться лёгким мерцанием, как будто изнутри пробивался слабый свет. Лось сосредоточенно изучал шкалу на приборе, поворачивая рукоятку с осторожностью хирурга.
Бард Свиночка стояла рядом, держась подальше от стола. Она нервно постукивала пальцами по своей лютне, не отводя глаз от мерцающих пиявок.
— Ты уверен, что это сработает? — спросила она и голос звучал немного встревоженно, хотя в карих глазах блестел интерес.
— Уверен, как никогда, — буркнул Лекарь Лось. — Этот прибор способен отменить магическое воздействие.
Вдруг одна из пиявок начала сильно извиваться. Её тело стало искриться, и тонкая струйка света поднялась в воздух, окружая её, словно кокон. Бард Свиночка ахнула и отступила на шаг назад, но Лекарь Лось остался неподвижен, внимательно следя за процессом.
Свет становился ярче, пока не превратился в миниатюрный водоворот. Пиявка исчезла, а на её месте, словно из воздуха, материализовалась маленькая фигурка. Через мгновение перед столом стояла белка с пушистым хвостом и растрёпанными ушками.
— Ой! Ой! Простите! — захлопала ушами белка, глядя на Лося с отчаянной виноватостью.
Лекарь ничего не сказал, а лишь потянулся к следующей пиявке. Повторяя ту же процедуру, он сосредоточился ещё сильнее. Вторая пиявка вспыхнула, исчезнув в вихре света, и на её месте появилась стройная олениха.
— Звонкое Копыто, — спокойно констатировал Лекарь, не отвлекаясь.
— Мы не хотели… Мы правда не хотели, — тихо произнесла олениха, опустив голову.
Осталась последняя пиявка. На этот раз прибор заискрился, и Лось нахмурился, слегка подкрутив шестерёнку. Пиявка извивалась особенно сильно, её свет был неравномерным, словно что-то шло не так. Бард Свиночка тихо вскрикнула, но Лось поднял копыто в знак того, что всё под контролем.
— Не бойся, я справлюсь, — сказал он, не отрываясь от работы.
Наконец, свет вновь сконцентрировался, и третья пиявка исчезла. Перед ними появился сурок с потупленным взглядом, одетый в простой плащ. Он выглядел ещё более смущённым, чем его товарищи.
— Спящие Усы, — устало выдохнул Лось.
Трое студентов стояли перед ним, виновато переглядываясь и теребя лапки. Лекарь Лось тяжело вздохнул, отодвигая прибор.
— Объясните, что это за безобразие? — строго спросил он, сложив копыта на груди.
Белка Махровые Усики первая схватилась за голову, обняв пушистые уши.
— Мистер Элмер Мягкорог! Мы не хотели! Мы только… — начала она, но голос сорвался, и белка взглянула на своих друзей в поисках поддержки.
— Мы украли его посох, — наконец сказал сурок Спящие Усы, виновато уставившись на пол. — Хотели… пошутить. Но случайно сломали его. И за это нас Кудесник Кабак превратил в пиявок.
Бард Свиночка ахнула.
— Святые усы Сияющей Лапки! — воскликнула она, прижимая к себе лютню. — Это его любимый посох!
Лось тяжело вздохнул, осматривая студентов с видом строгого учителя.
— Вы понимаете, что натворили? Вы играли с магией, не зная, как она работает. Вы приехали сюда учиться лечить, а не превращаться в магических существ! — его голос был строгим, но в нём чувствовалась отеческая забота. — Сейчас же идите извиняться перед Кудесником Кабаком. А с посохом есть идея… Возможно, я смогу восстановить его, но вы должны научиться ответственности за свои поступки.
***
Кудесник Кабак, гордо выпрямившись и подрагивая своими великолепными усами, слушал извинения трёх студентов из Лессии. Белка Махровые Усики, олениха Звонкое Копыто и сурок Спящие Усы стояли перед ним, потупив взгляды и переминаясь с лапки на лапку, словно провинившиеся детёныши. Кабак, с видом сурового судьи, почесал свои усы и, наконец, заговорил:
— Я могу вас простить, — начал он, нарочито медленно, так, чтобы каждый его жест и слово звучали как приговор, — но вот мой посох…
Он указал на изящный, но повреждённый магический посох, который лежал на столе. Его древесина была испещрена трещинами, а сияющий кристалл на вершине тускло мигал, будто борясь за своё существование.
— Он сломан! Теряет магическую силу и практически не работает.
Бард Свиночка стояла рядом с Лекарем Лосём, а её пушистая лапка нервно теребила струны лютни, словно та могла хоть как-то помочь в этой нелёгкой ситуации.