Но не суть, главное, что в прямом противостоянии, что я, что Пэнси с Дафной, на которых и сосредоточились студенты слизерина в последнее время, показали себя с наилучшей стороны. Конечно, иногда у девочек появлялись травмы, в том числе и магического толка. Это я умудрялся выходить сухим из воды благодаря подавляющему магическому превосходству, какому-никакому опыту, а так же временами прорезающемуся дару боевой магии. Девочкам же порой приходилось действительно сложно, тем более, что я специально не пытался огородить тех от опасности, позволяя самим набивать шишки и набираться опыта…
Благо, те спокойно приняли подобные мотивы, не обижаясь на меня. Хотя, здесь сыграл роль ещё и тот факт, что девочкам и самим хотелось проверить собственные возможности. Да и со своими обидчиками те предпочитали разбираться самостоятельно, чему я был только рад. Правда, порой тех всё же приходилось отправлять в больничное крыло вместе с этими самыми обидчиками… Всё же моих навыков в целительстве далеко не всегда хватало, чтобы помочь им.
Так, например, некоторые проклятия, что таки настигали девочек, можно было снять только при помощи действительно опытного специалиста, коим я пока что не являюсь. Да и те же переломы порой были слишком серьёзными, чтобы простой костерост мог с теми помочь… Но в общем и целом, меня противостояние с родным факультетом полностью устраивало. И не только из-за того, что мы пока что в нём вели. Нет, неудобств от данного конфликта было слишком много, чтобы подобная мелочь смогла меня успокоить.
А вот то, что моя компания, пусть и не в полном составе, получает довольно полезный опыт — уже очень и очень хорошо. Да и осторожность в кой-то веки начала проявлять в девочках, заставляя тех куда осмотрительнее относиться к собственным вещам, на которые частенько вешали проклятия, и тем более к еде, зелья в которой появлялись регулярно… Да что уж там, подобный конфликт был полезен и мне, позволяя развивать один из самых сложных в освоении родовых даров, что у меня вообще был. И пусть просыпался тот лишь при действительно серьёзной опасности, что случалась не часто, но даже так я сдвинулся с мёртвой точки, чему и радовался.
К тому же, все это дело позволило мне довольно точно определить знатные рода Англии, что уже переметнулись под начало Тёмного лорда. Да не просто определить, но и начав на тех активно наседать по всем фронтам, лишая финансового и политического могущества… Порой даже до устранения подобных родов доходило, если ситуация позволяла оное устранение провести, не заляпавшись при этом во всём этом дерьме, а так же само устранение было достаточно выгодным.
Конечно, некоторые волшебники таки начали понимать, откуда ветер дует. Тот же Дамблдор попытался было одёрнуть нас с Дельфиной, на очередном собрании ордена, когда это собрание закончилось и мы остались наедине… Но ничего у него не получилось. Мы с леди Гринграсс тут упёрлись, сославшись на то, что это дела рода, да и общему делу нашего ордена никак не мешают.
С подобными аргументами, конечно, многие были бы не согласны, но в итоге директор всё же отступил. Понял, скорее всего, что от своих слов мы не отступимся, да и прогнуться под него в данном вопросе не собираемся. Да и выгоду свою, тот, скорее всего, оценил в полной мере. Всё же Дамблдор — не тот человек, что может не заметить очевидного, все-таки не первый год в политике… И поверьте мне, когда того требует ситуация, данный старец с лёгкостью забывает о всех своих речах, что тот так любит толкать. Всё же на одной вере в добро далеко не уедешь, да и второй шанс — вещь не самая дешевая.
Но не суть, ведь некоторый профит от всего этого конфликта в стенах Хогвартса я в любом случае получил. Ну а то, что некоторые мои противники в стенах школы внезапно становились сиротами — не так уж и страшно. Практически все они даже и не подозревали, на ком висит кровь их родичей, всё я предпочитал работать чисто, пусть даже для этого и приходилось сильно переплачивать наёмникам и профессиональным убийцам… Выход на которых я получил менее года назад, но уже во всю тех использовал, исправно платя немецкой гильдии оборотней-наёмников, как они официально представлялись в миру.