Помощница начальника должна знать очень много, а также о семье начальства. Бакай Акифович не женат. У него был троюродный брат, Уар Левиевич Кветень. Его сын прилетал.
Компания являлась закрытым акционерным обществом, и все были родственники друг другу под одной фамилией. И каково было моё удивление, что Николай Васильевич, тот самый старый секретарь, тоже Кветень, и являлся одним из акционеров.
Даже не заметила, как мы приехали в частный аэропорт.
Чудесное местечко, тоже окружённое лесом. В здании аэропорта действительно располагалось кафе с нереальными ценами, но меня это не волновало, главное чтобы супчик и салатик попали ко мне в живот.
Перекусила вместе с охранником. Оставалось подождать совершенно немного, хорошо, что в этом месте работал интернет, я посмотрела в какой магазин я поеду за охотничьим костюмом и своим новым гардеробом. И нашла репетитора по математике.
И вот объявили о посадке, и мы вышли встречать Нектария Уаровича Кветеня, я так поняла семнадцать лет, раз выпускной класс.
***
Ничего такие мальчики пошли в выпускном классе. Ростом с Бакая, и в плечах широк. По-мальчишески строен, но видно, что мужик вырастет здоровый.
Неужели все золотые парни такие смазливые? Прямо как с подиума сошёл. Джинсы, кофта молодёжная, сумка через плечо. Волос много, они русые с чёрными и синими перьями, стильно так. Красивая мордаха с большими серо-синими глазами.
— Дядька Герман! — басовито хрипнул пацан и кинулся к начальнику нашей охраны.
Прямо с ногами на него налетел. И … Поцеловались они. Я только отвернулась. Родственникам близким такое позволено? Впервые видела. Надо привыкать, может так положено в их семье.
Извращенцы.
— Тарий! Тарушка! — смеялся Герман Ефимович. — Прилетел, волчонок!
Они обнимались. Потом парень прищурил глаза, глядя на меня.
— А это что за Сучка?
Я фыркнула, всем лицом показывая, как мне мерзко его высказывание.
— Это Алла Владимировна, помощница Бакая, — пояснил Герман.
Парень распростёр объятия, и я глазом не успела моргнуть, как он сгрёб меня. И моментом припал к моим губам.
Я тут же сжала зубы, и его настырный язык только нёба обвил. Ткнула парня в живот и отвернулась, состряпав злую гримасу.
— Нам пора, — рявкнула я, и, выбравшись из его рук, пошагала к машине.
На губах остался терпкий запах хвои, мёда… А может нектара. Именно так: сладкий, приятный, отчасти цветочный.
— А что такая дикая? — с наездом поинтересовался Нектарий.
— Она хладнокровная, не приставай, Бакай не оценит.
— Очень надо! Но задница – отпад.
Я шла впереди, чувствуя на своих бёдрах сверлящий взгляд.
Села я на заднее сиденье, разложилась со своими котомками, документами и планшетом.
Приблизительно метр девяносто рост, сорок восьмой размер. Но надо смотреть, чтобы охотничий костюм был на стройного мужчину.
— Как батя? — тихо спрашивал Герман, сидящий за рулём. Он так погнал, что казалось, мы взлетим.
— Хочет, чтобы я поступил на математический.
«На математический факультет, нужен репетитор для поступления», — тут же сделала пометку в планшете. — «Составить список ВУЗов, инфа про платное обучение».
— Сам не собирается приезжать?
— Нет, там тёрки с Листопадом начались.
«Листопад – конкурент?»
— А дальнюю крепость построили?
— Ждут стройматериалы.
Тарий обернулся. До чего же симпатяга! И такой дрянь! Действительно волчонок, правильно его Герман назвал.
Мы уже летели по трассе сквозь тайгу. Много фонарей, освещали дорогу, и в целом было не видно, что уже начало темнеть. И отражался свет в глазах парня, казалось, что они поблёскивали жёлтым светом.
— Что у тебя в пакете? — хриплым голосом спросил мальчишка, внимательно глядя на заднее сиденье.
И не дождавшись моего ответа, потянул руку к пакету, где лежал кейс.
Я моментально убрала пакет и положила его к заднему стеклу.
— Это принадлежит Бакаю Акифовичу, — предупредила я.
— Я не понял, ты что такая борзая?!
— Тарий, успокойся!
— Ты чувствуешь? — отстал парень и сел обратно. — Ничего себе? Что у неё в этом пакете?
— Не знаю, это реально Бакаю принадлежит. Не лезь. И слушайся Аллу Владимировну, она очень строгая девушка.
— Чтобы я какую-то Суку с улицы слушал?!
— Тарий, напрашиваешься.
— Да ладно, давай подерёмся, будешь удивлён.
Герман рассмеялся и растрепал Нектарию шевелюру.
Больше нахалёнок на меня внимания не обращал. А я медленно забрала пакет к себе на колени и внимательно посмотрела на кейс, который торчал из целлофана.