Мужчины взглянули на Сиротку. Повисла недолгая пауза.
— Хорошо, — сказала она и бросила вопросительный взгляд на Джона. Он снова кивнул. Она встала и с сильно бьющимся сердцем пошла, огибая столики, вперед, на другой конец зала; затем ее стройная фигура в мерцающем золотом платье растворилась в полутьме за столиком.
Номер подходил к концу, а Джон Честнут сидел в одиночестве за своим столиком, помешивая случайные пузырьки в бокале шампанского. За секунду до того, как вновь зажегся свет, послышалось резкое шуршание золотой ткани и Сиротка, раскрасневшаяся и учащенно дышащая, опустилась на свой стул. Ее глаза блестели от слез.
Джон задумчиво посмотрел на нее.
— Ну, как пообщались?
— Он не очень разговорчив.
— Он хоть что-нибудь сказал?
Ее рука дрожала, когда она взялась за бокал с шампанским.
— Он просто смотрел на меня, пока было темно. Произнес несколько вежливых банальностей. Он совсем как на картинках, только выглядит пресыщенным и усталым. Он даже не спросил, как меня зовут.
— Он уезжает из Нью-Йорка сегодня?
— Через полчаса. На улице его и его спутников ждет автомобиль — они собираются пересечь границу еще до рассвета.
— Он и тебе показался… обворожительным?
Она задумалась и медленно кивнула головой.
— Да, все так говорят, — хмуро согласился Джон. — Они ждут, что ты вернешься?
— Я не знаю, — она неуверенно посмотрела на другой конец зала, но знаменитость опять куда-то удалилась из-за столика. Она отвела взгляд, а к их столику уже спешил совершенно незнакомый молодой человек, который мгновение назад чуть замешкался в дверях. Он был смертельно бледен, в неопрятном и неподобающем месту деловом костюме; приблизившись, он положил дрожащую руку на плечо Джону Честнуту.
— Монти! — воскликнул Джон, вздрогнув от неожиданности и разлив шампанское. — В чем дело? Что случилось?
— Они вышли на след! — произнес молодой человек дрожащим шепотом. Он огляделся. — Надо переговорить с вами наедине.
Джон Честнут вскочил на ноги, и Сиротка заметила, что его лицо стало белым, как салфетка, которую он держал в руке. Он извинился, и они отошли к стоявшему невдалеке свободному столику. Сиротка с любопытством посмотрела им вслед, а затем возобновила пристальное наблюдение за столиком на другом конце зала. Попросят ли ее вернуться? Принц встал, поклонился и ушел. Возможно, она должна была дождаться его возвращения, но, несмотря на не совсем еще унявшуюся дрожь, она вновь ощущала себя «Сироткой» Мартин-Джонс. Ее любопытство было удовлетворено — следующий шаг должен был сделать он. Ей хотелось знать наверняка, на самом ли деле она ощутила присущий ему шарм — а особенно ей было интересно, произвела ли она на него впечатление?
Бледная личность по имени Монти куда-то скрылась, а Джон вернулся за столик. Сиротка изумилась, обнаружив, что с ним произошла ужасная перемена. Он, словно пьяный, рухнул на стул.
— Джон! Что случилось?
Вместо ответа он потянулся к бутылке шампанского, но пальцы его так дрожали, что часть вина мокрым желтым пятном растеклась на столе у ножки бокала.
— Тебе плохо?
— Сиротка, — медленно произнес он, — я — конченый человек!
— О чем ты?
— Я — конченый человек, говорю же тебе, — он выдавил из себя улыбку. — Час назад выписан ордер на мой арест.
— Что ты сделал? — испуганно спросила она. — За что тебя хотят арестовать?
Свет снова погас, начался следующий номер, и Джон неожиданно рухнул на стол.
— Что ты сделал? — повторила она с нехорошим предчувствием. Она нагнулась вперед — его было еле слышно.
— Убийство? — она почувствовала, как у нее по телу пробежала ледяная судорога.
Он кивнул. Она схватила его за руки и встряхнула, как встряхивают надеваемое пальто. Его глаза чуть не вылетели из орбит.
— Это правда? У них есть доказательства?
Он, шатаясь, кивнул.
— Тогда тебе нужно немедленно бежать из страны! Ты понял, Джон? Ты должен бежать немедленно, пока они не нашли тебя прямо здесь!
В диком испуге он стрельнул глазами по направлению к выходу.
— О Господи! — воскликнула Сиротка. — Да что же ты стоишь столбом? — ее отчаянно метавшийся по залу взгляд неожиданно замер. Она глубоко вздохнула, чуть помедлила, а затем яростно зашептала ему в ухо.
— Если я все устрою, ты готов сейчас же уехать в Канаду?
— Каким образом?
— Я все устрою — только хоть чуть-чуть соберись! Это я, Сиротка, ты меня слышишь, Джон? Я хочу, чтобы ты сидел тут и не двигался, пока я не вернусь!