На Рурка уставились два немигающих глаза — оказалось, что это хас как-то умудрился бесшумно подняться по лестнице в гнездо. Коготь едва сдержал руку, приготовленную для удара, когда увидел в тайнике кошачью физиономию. Нервно высунув язык, обнюхав товарища, он поманил Рурка за собой вниз и тот подчинился.
Охотник, что сидел на дереве, видел, как в гнездо метнулась тень со скалы и снова наступила тишина. Он подал знак отряду внизу, чтобы готовились к забегу. Ха, подумал Жихорь, это кто-то из воинов обозвал расстояние в сто шагов забегом, потому что в тяжелых доспехах далеко не побегаешь. А название прижилось. И тут забега два до ворот или чуть больше, но стражники справятся. Да и сам Грундальф далеко не развалина, еще фору молодым даст. Охотник принялся ждать, когда упадут оба стража на вышках, чтобы дать отмашку. Но то, что он увидел потом, его заинтересовало.
В гнездо по лестнице поднимался кто-то хвостатый, а Рурк ничего не предпринимал. Жихорь не смог бы прицельно выстрелить, да что там говорить, его стрела вряд ли долетела бы даже до ворот, так что оставалось только наблюдать. Неужели мава кто-то заметил, мрачно подумал он, вот тебе и хваленный охотник. Однако то, что произошло потом, поставило Жихоря в тупик. Нечто, просто темное пятно, в котором едва заметно выделялся хвост, махнуло рукой и Рурк выбрался вслед за ним, исчезая из поля зрения. А потом, через несколько частей оба стражника-орка завалились на пол наблюдательных вышек с перерезанными глотками. Охотник настолько растерялся, что промедлил и лишь потом дал отмашку. Отряд выскочил из леса и стремглав помчался к воротам. Харм и Снуки уже готовились зашвырнуть охотников по ту сторону забора, как створка приоткрылась и из щели показалась хитрая морда Рурка. Он прижал палец к губам, мол, тихо, и махнул рукой — заходите. Грундальф шумно выдохнул, посмотрел на бежавшую рядом с ним Ангу и первым проскользнул внутрь. Воины последовали за ним.
Ночной Охотник старался не подглядывать за деяниями родича, за что Рурк был ему благодарен. Он указал рукой под навес, где спали бандиты. Костер никто не разводил, чтобы не давать света, лошади переминались с ноги на ногу и фыркали — они почувствовали смерть, а также чужой запах. Запах двуногих зверей, один из которых им совсем не нравился. Поэтому Коготь туда и не пошел, а вернулся ко входу в шахту. Анга высматривала его во дворе, но так и не заметила. Она тревожно посмотрела на Рурка, знаком вопрошая, где хас и тот указал на скалу, мол, ищи там. В это время воины Грундальфа, раз уж так получилось, обезвреживали бандитов и вязали им руки с ногами. Два подростка испугано хлопали глазенками, не понимая, что произошло. Обоим дали в морду и они, размазывая сопли и всхлипывая, безропотно дали себя спеленать. Те, которые постарше, попытались сопротивляться, но, когда двоих из них прирезали без разговоров, то немедленно растеряли свой боевой дух. Всех связанных затащили под навес, поставили на страже Олле и его сына, кого-то из рыбаков отправили на вышки, а сами собрались возле входа в шахту. Старый охотник с досадой смотрел на двух знакомых промысловиков, которых считал своими приятелями. Оба сидели с опущенными головами и шмыгали носами. Он плюнул в их сторону и отвернулся. Мудрый Грундальф приказал сунуть всем разбойникам в рот кляпы, чтобы своими речами не подточили решимость стражи предать их карающему суду. Все прекрасно знали, что пойманных бандитов вздернут на городской площади. Если только пострадавший купец не продаст их в имперские рудники.