— Честный бой. — Прорычал один из них на имперском и Корти его понял. — Маг не вмешивается.
— Награда? — спросил воин, облизнув губы. Несколько частей вращения мечом заставили его изрядно вспотеть, да и в пещере было душно и жарко.
— Победитель получает верного раба. — Глаза орка сверкнули.
Свистнула стрела и зеленый бандит завалился на пол. Из его глазницы торчало древко. Второй получил аж две стрелы сразу и немедленно присоединился к мертвому товарищу.
— Не хер с ними разговаривать. — Проворчал Грундальф, проходя мимо Корти и добивая кого-то стонущего мечом. — Вперед!
Остальных перебили быстро. Если кто-то и оставался живой, то его прибрали позади идущие, пока Корти и Дулкан расчищали путь. Первым в жилую пещеру ворвался старший Дулкан и получил стрелу из баллисты прямо в живот. Воина ударило о стену и он кашлянул кровью, умирая. Анга не настолько владела магией, чтобы суметь остановить время, вытащить стрелу из тела и залечить рану. Она грустно смотрела на то, как опытный воин, за время своей легкой службы в Шустове успел расслабиться и как итог теперь умирал у нее на глазах. Дулкан дернулся и затих. Засевшие в комнате уже успели перезарядить баллисту и следующего ждал бы такой же выстрел, но Анга не зря столько лет провела в походах. Она сунула руку в поясную сумку и, вынув стеклянный пузырек с жидкостью, метнула его в помещение. Бандиты впопыхах выстрелили, посчитав, что это к ним лезут враги. Стрела ударила в стену, высекая сноп искр из камня и отскочила в сторону, чуть не сбив Ангу с ног. Знахарка сосредоточилась и подожгла расползшийся по пещере туман. В пузырьке были две жидкости, разделенные стеклянной перегородкой. При взаимодействии друг с другом они превращались в газ и очень быстро заполняли все уголки помещения. А потом поджигалась. Температура пламени там была невероятно высокая, отчего живые существа практически моментально обращались в головешки. А вместе с ними и вся мебель, утварь, тряпки и одежда, от тюфяков и перин оставались только воспоминания. Засевшие в пещере даже не успели заорать, как тут же подохли в пламени. По пещере поплыл запах сгоревшей плоти и едкой алхимии. Анга сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, восстанавливая сосредоточение и отдыхая. Мерзкий запах она старалась игнорировать — в пещере полно относительно чистого воздуха, нужного легким. Она уже потратила часть доступных ей сил, но и осталось еще немало. Если все так пойдет и дальше, то она даже умудрится сохранить часть способностей. К женщине подошел Грундальф и протянул ей посох.
— Возьми. Ты одна умеешь правильно с ним обращаться.
Анга кивнула и взвесила оружие в руке. Он был еще полон энергии, в нем едва исчерпана десятая часть ресурса. Сосредоточение позволило знахарке уловить едва знакомые отголоски энергии, как чувство узнавания тут же пропало. Но сомнение осталось. Однако сейчас не время было над ними размышлять, впереди их ждало самое важное — освобождение пленника.
Ватага Грундальфа выскочила из прохода, чтобы наткнуться на ощерившихся оружием бандитов. Анга сразу же увидела открытую клетку и вытащенного из нее сынка, к горлу которого был приставлен нож. С другой стороны прохода, который вел к реке, стоял Коготь вместе с двумя лучниками, которые держали на прицеле парочку разбойников. За его спиной возвышался кузнец. Бандиты поняли, что окружены, но пьяный угар не позволял им сдаться. Они решили, что легко справятся со стражей, однако главарь считал иначе. Да, его подчиненных больше в два раза, чем у Грундальфа, к тому же вождь орков тоже на его стороне, однако стража сумела справиться с шестью его воинами, раз уж теперь стоит здесь, в главной зале. И у них магичка, хаос бы ее побрал! У которой в руках тот самый посох, приобретенный по случаю вместе с "магом". Кто же знал, что этот придурок недоучка? Только и сумевший, что научиться управляться с посохом и бить из него по площадям? А в умелых руках это очень сильное оружие. Сейчас как подожжет всех, кто есть в пещере, никто даже пикнуть не успеет. Правда, пленникам тогда тоже не жить. Главарь скрипнул зубами, едва заметил стоящего на двух ногах хаса. Проклятье, нужно было самому прикончить его труп и содрать с него шкуру, а не играть в благородного разбойника, подумал он. Но сейчас уже поздно корить себя за содеянное, в прошлое не вернешься. Но из сложившейся ситуации еще можно вывернуться с пользой для себя. Хотя бы попытаться сохранить жизнь. Грундальф постарается сынка купца спасти, все же не пустоголовый чурбан, за этим он сюда и пришел и на этом можно сыграть.