Местное солнце, название которого Коготь так и не выяснил и продолжал именовать звезду по-прежнему, уже готовилось закатиться за горизонт и уступить свое место на небосводе двум лунам. Хотя Анга рассказывала о Короле-Солнце, выходит, что название звезды совпадает с таковым на Земле? Или же это амулет так переводит? Тогда почему планету называют не Земля, а Хост? Или камень как-то это отличает? Хрен его знает на самом деле. А эти две луны? Как их там? Левый и Правый глаз Ночного Охотника? А Грундальф и его воины называли их другими именами, которые ящер не запомнил. Наверное, у всех народов названия разные, решил он, а в переводчик "записаны" общие термины, так что пусть для меня будет Большая и Малая луна. Все равно никто не знает хасских названий, так что я будут прогрессором в этом деле, весело подумал Коготь, поднимаясь вверх по скале. Он на удивление быстро дошагал до пещеры, но вошел внутрь готовым ко всему, ожидая, что его там ждет тот самый копатель.
На первый взгляд все осталось по прежнему — тюфяк, лежавший возле прогоревшего костра, запасец сучьев, чтобы опять ночью не шарахаться по скалам. Пусть ящер и обладает ночным зрением, но так ведь можно и ногу сломать, которая неожиданно провалится в незамеченную им в темноте щель. Так что ну его на фиг эти ночные походы. Коготь сгрузил добычу возле капающего источника, живучая рыба почуяла воду и зашевелилась в мешке. Та, которая в сетке, уже давно сдохла. Сырой ее жрать Коготь не собирался, сейчас немного поджарит и будет замечательный ужин. Или лучше подкоптить? Он пока сложил добычу возле костра и отправился за хворостом.
Солнце уже почти село, его алые лучи окрасили малиновым цветом плывущие по небу облака, которые отражались в озере. Коготь задержался на мгновение, любуясь картиной. Когда я последний раз любовался природой, подумал он, все время служба, ликвидации, операции. К черту все, здесь я буду отдыхать, решил он, начну наконец спокойную жизнь без всех этих тайных убийств и проникновений. Разве я этого не заслужил, спросил он сам себя и вдруг услышал тихий смешок. Коготь резко обернулся, посмотрел по сторонам, но никого рядом не было. Он высунул язык, однако нюх показал, что кроме него, сырой рыбы и хвороста, а также нагретого за день камня никого рядом нет. Нервы что ли шалят, подумал ящер, исчезая в пещере. Он развел костер и принялся готовить себе ужин.
Солнце окончательно закатилось за горизонт, когда Коготь выполз из временного пристанища и плюхнулся "на пороге" пещеры, осторожно, чтобы не обжечься, маленькими кусочками поглощая рыбу. Он чувствовал, что его тело легко переварило бы и сырую, но вот экспериментировать не хотел. У него есть средства производства и труда, так зачем изображать из себя зверя? Было отчетливо слышно как кронами шумит лес от налетающего ветра. Его дуновение чувствовалось только языком — плотная прочная чешуйчатая шкура не была такой уж чувствительной, как у человека. Нет, сунув руку в огонь, ящер конечно почувствовал бы жар и отдернул ее, но вот такие слабые порывы ветерка практически не ощущались. Точно также как и холод воды — в ней находиться было приятно и комфортно. Покончив с поздним ужином, Коготь вздохнул и уставился в темное небо. Сытость потянула на размышления.
Чем по жизни заняться дальше? Можно ловить рыбу и торговать ею на рынке Шустова. Можно пойти в подмастерья к кузнецу, научиться ремеслу и также ковать мечи и кинжалы. Метательные ножи Коготь, будучи человеком, пробовал делать сам и у него неплохо получалось. Правда, там и сталь была рессорная и горн с вентилятором и электромолот, но все же, общие принципы работы схожи. Здесь кузнец делает заказ несколько недель, там — дней и все благодаря механизации. Вот только прогрессором Коготь себя не считал — видел, как это делается, но в суть не вникал и не мог подсказать как именно нужно правильно обрабатывать и выдерживать металл. Не потому что неинтересно было, а потому что отнимало много времени между "командировками". Которые тоже требовали определенных занятий, например, поддержание собственного тела в форме. Да и был он, по сути, обычным киллером, который интересовался всяким, также как и обычный человек. И не мог быть профессором во всех сферах. Энциклопедии по металловеденью и термообработке у него под рукой нет, чтобы туда ежеминутно заглядывать. Коготь посмотрел на развалины — там было темно и пусто. На этот раз никто не бродил по ним с огоньком. Где-то в лесу завыл местный волк, на его вопль отозвался еще один — звери вышли на охоту. Пора на боковую подумал Коготь, возвращаясь в пещеру. Он подбросил остатки хвороста в огонь и завалился спать.