Гудвин уже не терпелось отключиться от всего произошедшего за эти два дня. Почему-то, она не думала, что эта работа будет требовать от нее больше эмоциональных, а не физических затрат. Но ей, черт побери, это даже понравилось. Хотя, делать что-то подобное в ближайший месяц она бы не хотела.
— Черт, детка, мы молодцы! Ты вообще осознаешь, что произошло? Да мы шпионки века! Мы… – голос Нэнси постепенно отдалялся, долетая до сознания словно через слои ваты.
Спокойный шум вертолета расслаблял, и Келли с благодарностью все глубже погружалась в сон.
— Хэй, ты что, спишь? – удивленный возглас напарницы мигом вырвал Келли из приятной дремоты.
Гудвин с усилием разлепила веки.
— Заснула! – Нэнси возмущенно всплеснула руками, — А как же поздравления? Как же «Какие мы крутые, как мы четко сработали»?
Келли устало вздохнула и с улыбкой покачала головой. Она не понимала, как Коэн еще не валится с ног от усталости, как не засыпает на месте. Говорить не было сил, и Келли отвернулась к иллюминатору. Острова внизу уже не было видно, под ними простирался бесконечный синий океан. Да, надо отдать должное пилоту, он летел так быстро, как мог!
— Эй, ты что это? Приуныла? – Коэн прыгнула к ней на скамейку.
— Ничего я не приуныла, — буркнула Келли, сбрасывая куртку, — я просто очень хочу спать.
И добавила:
— Удивляюсь, как ты сама еще держишься на ногах.
— Я всю ночь напролет могла выступать, а это – пффф, вообще не проблема, — Нэнси картинно закатила глаза, — Чееерт! Сейчас бы еще покурить… Такой адреналин я давно не получала!
Келли с удивлением и интересом наблюдала, как Нэнси вытрясла содержимое своей сумки на скамью и, выудив из вороха вещиц сигареты, смачно поцеловала картонную упаковку.
— Думаю, здесь нельзя курить… — осторожно произнесла Гудвин, но напарница безразлично махнула рукой.
— Я тихохонько, никто и не заметит.
Чуть позже Нэнси рассказала о своей прошлой работе и о знакомстве с Фрэнком.
Незаметно для себя, Келли тоже втянулась в разговор, сон начал пропадать, и она уже весело смеялась над очередными красочными историями Коэн. А потом рассказывала многое о себе, о своей учебе в частной школе для девочек, о начале своей работы в корпорации. Истории были и смешными, и не очень, но говорить отчаянно хотелось. И отчего-то Келли казалось, что вот сейчас, именно в эти минуты, их общение становится по-настоящему дружеским.
— Слууушай, — Коэн склонила голову на бок и окинула Келли внимательным взглядом, — А ты чем занимаешься в свободное время?
Гудвин пожала плечами:
— К родителям езжу в гости, читаю, в кафе хожу с подругами, по магазинам…
— Это понятно, — перебила ее Нэнси, — а что в качестве хобби?
— Так это все и есть хобби, — непонимающе протянула Келли.
— Ой, ну к черту! – закатила глаза Нэнси, — Давай по-простому: ты танцевать любишь?
— Да, — вспомнив про уроки классических танцев и балета, улыбнулась Гудвин.
— Отлично! – на лице собеседницы появилась несколько маньячная улыбка, — Я собираюсь создавать свое бурлекс-шоу. Надеюсь, тебе не надо объяснять, что это не стриптиз перед пьяными мужиками?
Нэнси выразительно подняла брови.
Келли понятия не имела, что такое бурлеск-шоу, но поняла, что лучше сделать вид, что все знает. В конце-концов, по приезду домой посмотрит в интернете…
Заметив положительную реакцию, Нэнси с не меньшим воодушевлением продолжила:
— Предлагаю тебе место второй солистки! Придумаем псевдонимы, ты могла бы выступать в образе какой-нибудь ведьмы… или русалки… или будем с тобой агентшами, типа женской версии Джеймса Бонда… У меня столько идей для номеров! Соглашайся!
Предложение казалось Келли странноватым, но интригующим и заманчивым. Действительно, она же ничем особенно важным после работы не занимается, а тут совершенно новая деятельность, да еще и в каких-то образах. Гудвин всегда мечтала попробовать себя в чем-то большем, чем школьные спектакли… А если что, она всегда сможет отказаться.
— Согласна, — наконец ответила она и улыбнулась.
А в следующую секунду Нэнси стиснула ее в радостных объятиях.