— Извините, я ищу двадцать восьмое место. — Мужчина среднего роста с сумкой через плечо обратился к сидящему у окна Дмитрию.
— Это здесь, располагайтесь, — Дима убрал вещи в сторону, чтобы попутчик смог поставить свою сумку.
— Спасибо. Далеко едете? — Поинтересовался молодой человек снимая куртку болотного цвета, потому что в поезде довольно тепло, и в водолазке ему будет комфортно.
— Мы едем до станции Алтайская, а дальше в Горно-Алтайск, мы туристы. — Дима отдернул занавеску, чтобы смотреть в окно.
— Я тоже еду в Ново-Алтайск, значит будем вместе коротать время. Меня зовут Валерий, я горный инженер, еду на вахту. — Мужчины обменялись рукопожатием.
— Сергей, это моя жена Аня.
— Очень приятно, Валерий Гущин.
— Дмитрий. Руководитель группы. — Когда все расселись, поезд тронулся с места, издал гудок, застучали колёса, погружая своих пассажиров в транс железных дорог.
В Горно-Алтайске группу комсомольцев встретил экскурсовод. Часть дороги проехали на автобусе, но большую половину дороги пришлось идти пешком.
К вечеру первого дня выбрали защищённое от ветра и диких животных место, там и разбили лагерь. Поставили палатки, натаскали валежника, и сели дружно возле огня.
Под треск костра и звук гитары группа энтузиастов из разных уголков страны, сидели у костра и травили байки. Дмитрий взял сухую ветку и потянулся, чтобы не дать костру погаснуть. Он пошевелил угли и подкинул дров.
— Давай теперь ты рассказывай Сергей, ты говорил, что служил в этих местах. — Дмитрий устроился по удобнее на бревне и смотрел, как огонь лижет сладкие ветки.
— Ну, раз обещал, расскажу. Забрали меня весной в начале марта. Скажу вам, армейка, тот ещё опыт. Я в строевых войсках служил. Однажды прикрывали "милицейский полк". Помню, собрали нас на плацу. Холодно. Спать охота, а мы в брониках, с автоматами полный рожок боевых. Стоим. Ждём.
— И, что же было дальше? — Аня придвинулась к мужу поближе, чтобы не пропустить ни одного слова.
— Тут подъехал БТР. Ждём. Газик зарулил. Выходит комбат в полном боевом, каску снимает и говорит:
— Чечня ребята.
— Жесть, — Сашка обнял дрожащую от холода Лену, — и, что дальше?
— Ждали мы до рассвета. Тогда милицейский полк бежал со стрельбища. Успели. Их первых загрузили, нас в резерв. Через три дня по объектам раскидали, меня в эти края закинули. Через неделю узнал, что на подлёте Стингер Борт наш накрыл. Двести ребят, груз двести, а могли быть и мы.
— Повезло тебе, в рубашке родился, наверное страшно, когда вот так, рядом со смертью ходишь? — Дима взял из приготовленной кучки ещё веток, язык пламени взвился в небо.
— Дальше дни и часы текли медленно. Каждый день подъём в шесть утра. Зарядка. Форма одежды трусы да майка в любую погоду. Обязательный кросс. Обед в двенадцать часов ровно. В армии всё по распорядку, никаких тебе отступлений. Час на личные дела, затем занятия и стрельбища, которые проходили каждую неделю.
— Меня отец отмажет от армейки, — Марат, сын местного бизнесмена, после школы решил поступать политехнический институт.
— Ну и зря, отслужил бы два года, а потом свободен, — Надя намазалась кремом от укусов насекомых, растирая открытые участки тела.
— Я и так свободен. Что там дальше Серёг? — Марат сидел скрестив ноги и увлеченно слушал рассказ.
— Бойцы. Перед вами три мишени расположенные на разных расстояниях. Ваша задача очередью из двадцати патронов поразить цель. — Командир занял удобную позицию для наблюдения с биноклем в руках.
— Королёв, не попал. Кросс три км, — в это время поменяли мишени, чтобы другие тоже смогли отстреляться.
— Есть, — я бежал и думал об одном, как же кушать хочется. Приду домой, на овсянку смотреть даже не буду, наелся на всю жизнь.
— Я бы сейчас медведя съела, — вдруг за спиной хрустнули ветки, Лена от страха завизжала и прыгнула к Саше не колени.
— Считай, что тебя уже съели. Серёг, продолжай, — Дима сделал знак, чтобы больше не перебивали рассказчика.
— После нескольких таких марш бросков, я стал умней и усердно тренировался. Сначала я выбивал двенадцать патронов по объекту, потом девять. Старослужащие научили бить с отсечкой так, чтобы один патрон в мишень, а лишние пули незаметно в карман. Но то ли меня кто-то сдал, либо расслабился и сам спалился, в общем попался. Трое суток на губе просидел, и больше так не делал, честно отрабатывал боевые навыки.