— Да постой ты! Чего испугалась?
Чола побежала вслед за Цветой. Анхела и Конча поспешили за ними. Несколько мальчишек гоняли на улице грязный тряпичный мяч. Двое-трое поменьше стояли у забора и увлеченно следили за игрой. К ним медленно приближались, разделившись на пары, четверо молодчиков. Синие рабочие блузы выглядели снятыми с витрины магазина. Цвета подбежала к забору и схватила сынишку.
— Чего раскудахталась эта наседка? — сказал громко один из переодетых молодчиков.
— Всю Аргентину загадили эти гринго, — процедил второй и грязно выругался. — Надо запретить им разговаривать на своих обезьяньих языках, мать их…
Он грубо толкнул одного из мальчиков и ударом ноги послал мяч по направлению к Цвете. Тяжелый, пропитанный грязью и водой, он просвистел над головой женщины и упал в чей-то двор.
— Ах ты гадина! Да если бы ты ее ударил, я бы тебе эту тряпку в рот запихнула!
Сжав кулаки, страшная в своей ярости, Чола медленно подходила к четверке.
— Убирайтесь отсюда, собаки!
— Чего надо ей, этой гринго? — презрительно спросил один из них.
— Ты меня смеешь называть гринго, мерзавец? мои деды жили здесь еще до Колумба. Это вы гринго, потому что вы бездельники, паразиты, продажные шкуры, убийцы!
— Эй, баба, придержи язык! Мы рабочие.
— Рабочие? Да вы за счет рабочей крови живете, звери! И только одно знаете — ножи да револьверы. Вы не аргентинцы! Убийцы не имеют родины. Убирайтесь отсюда! Тьфу!
И Чола шумно сплюнула. Анхела и Конча, стоя невдалеке, наблюдали за происходящим и не знали, что предпринять. Цвета, оставив сына в соседнем дворе, побежала за людьми. Вскоре из калиток стали выходить еще сонные непричесанные женщины. В окнах показались их мужья.
— Ладно, идем, — решил один из хулиганов. — Чего с ней говорить, с этой ведьмой!
— Тебя, паразита, ведьма родила! — ответила Чола, уже взяв себя в руки. — Убирайтесь подобру-поздорову. Жалко ваши новенькие "рабочие блузы" испачкать. Мы такие блузы всю жизнь стираем и гладим, но на вашей "рабочей" спине можем изорвать прямо с вашей шкурой. Собаки!
Соседи еще толковали о происшествии, когда к ним подошли две молодые женщины.
— Каким ветром тебя сюда несет, учительша? — спросила Чола уже с приветливым и улыбающимся лицом.
— Поговорить надо с тобой, донья Чола.
Ее спутница многозначительно взглянула на Чолу и тихо добавила:
— Позови еще двух-трех соседок поэнергичней.
Чола догадалась, что разговор будет особым. Она позвала Кончу, послала Анхелу за Цветой и повела всех в дом. В калитке с ней столкнулся муж.
— Куда это ты?
— Что случилось, Чола?
— Ничего, — она лукаво усмехнулась. — А ты возвращайся в постель, мне гостей вот надо угощать.
Молодая, опрятно одетая, подтянутая женщина, которую Чола назвала учительшей, заговорила сразу, едва переступив порог комнаты.
— Мы пришли поговорить с тобой об организации комиссии по сбору…
— Уж больно спешишь, учительша, — строго сказала Чола.
— Приходится. Нам надо обойти еще двадцать улиц, а ты ведь знаешь, каково сейчас ходить.
— Да, но…
Учительница засмеялась:
— Правда, Чола! Вот товарища прислали из профсоюза.
— А ты?
— А я от партии.
— Цвета, — уже другим, деловым тоном заговорил Чола, — обегай к Владу, спроси, прислали ли они учительшу и… как звать товарища?
— Ресистенсия.
— Хорошо Цвета, беги! А мы пока можем поговорить о чем-нибудь другом и попить мате.
Учительница улыбнулась, обменялась взглядом с подругой и сказала:
— Так и нужно, Чола: знаешь меня хорошо и все же проверяешь.
Чола поднесла пенящееся мате и прервала ее притворно сердитым тоном:
— Хватит тебе. Скажи лучше, что тебя заставило через заборы лазать?
— Откуда ты знаешь? — удивилась Ресистенсия.
— По улицам не очень-то пройдешь. Что, думаете, не понимаю? Ну выкладывай, учительша!
Молодая женщина отпила мате и заговорила:
— По всей Аргентине широко развернулась кампания помощи забастовщикам. Всеобщая стачка в ближайшие дни закончится, но продолжат бастовать рабочие, которые требуют разрешения основных вопросов В Берисо рабочие должны вести борьбу до победы.
— Так ведь есть же комитеты помощи при профсоюзах? — прервала ее Чола.
— Эти комитеты ведают целыми районами. Они не могут охватить все нужды непосредственно на местах, на отдельных улицах, в домах, в группах домов. Вот почему решено создать небольшие комиссии преимущественно из женщин. Мы лучше знаем положение в каждой отдельной семье. Ответственные за каждую из таких комиссий будут держать связь со мной или еще с кем, а мы в свою очередь будем держать связь с районной комиссией.