Лёша говорил, и, едва заметно кивая, считал туристов по головам. Каждый из них, по идее, прошел тренировки, спортивное ориентирование и адаптацию к экстремальным ситуациям, но Тыквин из опыта знал, что силам человека предел есть, а дурости и страху – нет.
– В вашем рюкзаке, – продолжал Лёша, – есть кислородная маска, запас еды и воды на двадцать четыре часа. Спасательные группы курсируют по парку каждые восемь часов. Всем все понятно? Поднимите руки. Есть вопросы?
Никто почти никогда не задавал никаких вопросов. Леша мог декларировать инструкции не прерывая собственных мыслей. Два года, каждые трое-четверо суток… раньше говорил «дня», теперь никаких дней нет…
– Друзья, у кого-нибудь из вас есть вопросы по организации экскурсии, лучше всего задать их сейчас?
– Сколько длится экскурсия? – кто-то все-таки подал голос, хороший знак.
– Когда как. В среднем около сорока минут.
Двадцать пять закутанных в куртки пингвинов покорно пошли за ним следом.
– Начинаем, друзья!
Леша посмотрел на часы, выдохнул.
– После того, как хребет Ломоносова был признан российской территорией, было открыто нефтеперерабатывающее предприятие, а затем, когда во время строительных работ группой были обнаружены эти самые пещеры, здесь открыли уникальный объект, единственный в своем роде, первый в мире археологический подледный парк под названием «Царство». Входя сюда, вы оказываетесь у истоков даже не цивилизации… – театральная пауза, все по инструкции. – Человек напрасно считает себя центром вселенной, венцом эволюции. Мы сейчас видим окаменелости времен даже не зарождения цивилизации, но появления самой планеты Земля! И они…
Голос ловко подхватило и унесло в темноту эхо. Леху раздражала эта сосущая, непроходима чернота. Он был ни за что не поехал вот так… Ага, герой, поехал же. И проведет здесь куда больше времени, чем все они вместе взятые... Замаячили на горизонте деньги на квартиру в центре Москвы – и поехал. Всякий раз, думая об этом, вспоминал, как жутко, почти противоестественно изменилось Галино лицо ровно в одну секунду: вот думает, что жених пошутил, а вот поняла, что нет, всерьез – Арктика. Археологический парк. Экстремальный туризм.
Ты что, идиот?
– Первый, первый. Я Царство. Приём.
– Царство, я первый. Вас слышу.
– Первый, включаем освещение, группа в пред… Группа на подходе к главным воротам. Первый.
– Царство, не прошел. Повторите.
В прошлом году Лёша неплохо отморозил себе пальцы, и потому держать рацию было больно, ничего фатального, но все же. Предлагали больницу, покроют-де лечение полностью, но на время вынужденного отпуска работа оплачиваться не будет.
– Группа на подходе к главным воротам. Включайте свет. Первый, как принял?
– Царство, принято.
Тыквин остановился и вытянул левую руку назад.
– Друзья, останавливаемся. Нам необходимо подождать, пока заработает генератор.
Первородная тьма. Густая, осязаемая. Это был один из самых глубоко мистических моментов за всю экскурсию, такой, к которому невозможно привыкнуть также, как и к вечному холоду. Можно только убеждать себя, что привык. Прошло чуть меньше минуты.
– Когда уже включится? – раздраженный голос одного из туристов нагло столкнул вазу со стола.
– Эй!
– Подождите одну минуту. Электроэнергия здесь подается напрямую от генератора на нефтеперерабатывающей станции. Сейчас освещение заработает.
Издалека донесся механический грохот. Обычному человеку его было и не услышать, но Лёха привык, и с дрожью свыкся, которая иногда проходит по земле, будто там, в недрах, действительно ворочается какое-то невыносимо громадное чудище.
– Эй!
– Одну минуту! Друзья, давайте пока устроим перекличку! Нам важно…
– Смотрите! – заорал кто-то.
Прошла ещё одна секунда и в чернильной вышине один за одним стали зажигаться рыжие фонари. Гирлянда (черт знает, на чем и как они там держаться) протянулась глубоко вдаль, не так чтобы разгоняя, но опасно тревожа мрак. Пещеры и лабиринты здесь, – там, где хотя бы гипотетически можно пройти – занимали площадь в сорок пять квадратных километров.
Сорок пять квадратных километров голой, ледяной подземной пустоты. Экстремальный туризм, новые впечатления.
– Пойдемте за мной, друзья!
Так называемые «главные ворота» – это вход в еще более глубокую каверну, ниже, туда, где никогда, с самого начала времен не было тепла и солнца, где никогда (вплоть до две тысячи пятнадцатого года) не ступала нога человека.