Наши взгляды встретились: он подобрался, я - замерла на секунду. Потом сбежала по ступенькам и подошла к нему. Он сделал шаг ко мне; мы остановились друг напротив друга. Я пытливо искала в серых глазах правда ли это - всё, что было вчера? А он вглядывался в меня, возможно, с той же целью.
- Привет, - робко произнесла я.
Его лицо осветилось улыбкой.
- Привет, - ласково ответили мне, я тоже улыбнулась, поверив, что отныне он для меня Женя, а не Евгений Харитонович.
- Поехали? - мне открыли дверь, приглашая садиться.
Я села, Женя обошёл машину и сел на водительское сиденье, завёл мотор.
- Поехали! Куда? - спросила я, слегка беспокоясь достаточно ли презентабельно моё платье?
- У тебя есть предпочтения?
- Нет. Целиком и полностью полагаюсь на твой выбор, - пошутила я.
- Надеюсь, мой выбор тебе понравится.
- Не сомневаюсь, - ответила с уверенностью.
Так и оказалось. Женя устроил мне сюрприз, предложив провести вечер на яхте. Я думала, мы покатаемся на теплоходе, но яхта на самом деле оказалась яхтой, ещё и весьма дорогой внутри! Я, конечно, не специалист, однако качественная, эксклюзивная отделка бросалась в глаза. Спрашивать было неприлично, но я спросила:
- У вас есть яхта?
- Это не моя, - с улыбкой ответил мужчина. - Одолжил у друга.
- Какой полезный друг! - не удержалась от лёгкой иронии, перемешанной с уважением.
Мой бывший начальник посерьёзнел.
- Я не называю полезных людей друзьями - они для меня знакомые или контакты. С теми, кого я действительно считаю друзьями, меня связывают не соображения выгоды.
- Простите, - потупилась я.
- Прости.
Я вскинула глаза, пытаясь понять за что у меня просят прощения.
- Говори мне ты, - напомнил он.
Здесь, в этой утончённой обстановке, кричащей о своей стоимости, вольное обращение на ты внезапно показалось неуместным.
- Если бы знала как мне приятно это слышать, ты бы не сомневалась, - заметил Женя мои колебания.
- Хорошо, - пообещала я, чувствуя, что мне придётся пересиливать себя, чтобы нарушать субординацию. Разница в социальном классе была очевидна. Женя посмотрел на меня и вздохнул:
- Ты многого обо мне не знаешь, а я многого не знаю о тебе.
Я кивнула.
- Я был бы рад познакомиться с тобой поближе, - это прозвучало откровенным флиртом.
- Мне бы хотелось узнать вас... тебя лучше, - ответила я, и это была истинная правда!
В своих мыслях о Проскурине, в общении с ним я постоянно наталкивалась на сознание, что своего бывшего начальника не знаю совершенно - несмотря на три года совместной работы!
- У меня много друзей, - он уточнил: - людей, близких по духу, - несмотря на то, что я - человек достаточно закрытый. Я умею выбирать людей и сохранять отношения.
Это соответствовало моему мнению о бывшем начальнике. Я имела возможность убедиться в этих качествах босса воочию: "Ваша мечта" на деле воплощала эти принципы: выбор людей, их удержание и нацеленность на результат, эффективность. За все три года, что я там проработала, ни один сотрудник не ушёл из агенства по собственному желанию - кроме меня. Неподходящих увольняли, остальные ценили свою работу и держались за тёплое место.
- Это моё сильное качество, - добавил мужчина. - Что ты считаешь своей сильной стороной?
Я задумалась. Думала долго, усердно, подбирая наиболее точный ответ...
- Наверное, преданность, - вздохнула, наконец. Пошутила: - По правде, говоря, я ещё не познала саму себя, поэтому точно сказать не могу.
- Преданность, - задумчиво пробормотал он, отводя взгляд от моего лица и устремляя его на реку.
Я тоже посмотрела на тёмную воду. Мы стояли у бортика; мимо проплывали освещённые здания, набережные, прохожие и машины... Город не спал.
- Я очень высоко ценю в людях преданность, - тихо сказал мужчина.
Что-то заставило меня спросить:
- Почему? - возможно, затаённая боль, спрятавшаяся во вдруг охрипшем голосе?
Он повернулся ко мне.
- Потому что был... предан, - кривая ухмылка прошла по лицу, вдруг принявшим жёсткое и хищное выражение.
Предваряя мои вопросы, Женя сказал:
- Я расскажу тебе, но не сегодня. Я хочу, чтобы у тебя остались приятные впечатления от этого вечера.
Я хотела того же для него, поэтому поспешно сменила тему:
- Теперь я понимаю почему вы жили на реке! В этом есть что-то особенное - уединение, простор...
- Да, - согласился он. - И тишина, и красота - но ничто из этого не сравнится с обществом дорогого тебе человека.