- Кашу. Надо помешать.
Он разнял руки и отошёл к кастрюле. Я села за стол, улыбаясь. Это был наш первый завтрак вместе не в статусе босса и работницы, а… хозяина и хозяйки. И пусть где-то в глубине души ему больно, а мне страшно, что всё закончится, неважно! Мы вместе – и это единственное, что имеет значение. Я не жалела ни о чём, что сделала или говорила вчера – всё было мудрым, всё было правильным, потому что мой мужчина сейчас стоял рядом со мной, раскладывая кашу по тарелкам, а не нёсся куда-то от меня подальше.
- Вкусно, - сказала я, пробуя овсянку.
Он слегка расслабился.
- Что ты любишь? Я буду готовить это для тебя.
Возвела глаза к потолку, постучала по подбородку, изображая интенсивные размышления.
- Я люблю тебя, - сказала с улыбкой. – Можешь добавить сливок и сахара по вкусу. Готовь мне это блюдо каждое утро, пожалуйста.
Серые глаза посветлели, от них разошлись улыбчивые морщинки; левая бровь приподнялась.
- Что приготовить тебе на ужин, любовь моя?
- То же, но с перцем. И погорячее.
В сером небе его глаз рассыпался фейерверк из моих любимых искорок.
- Всё, что ты захочешь, - низко прошептал Женя.
Я улыбалась, наконец, вздохнув полной грудью. Мой Женя становился самим собой. Какое счастье было быть с ним: просто сидеть рядом, смотреть и встречать ответный взгляд – не закрытый и отгородившийся, а светлый и искренний! Я погружалась в его глаза, как рыба – в воду, чувствуя, что наконец-то вошла в свою стихию! Наконец-то живу полной жизнью! Мои губы молчали – слова слишком ранили, так легко было сказать что-то не то и не так, но сердце кричало о любви – и разве мог он не видеть в моих глазах того, что я так явственно читала в его?
Он видел: с каждой минутой лицо Жени светлело, разглаживалось, будто сбрасывая неподъёмный груз, а на волевых чертах расцветала радость. Протянув руку, он накрыл мою своей тёплой, жёсткой ладонью. Я накрыла её свободной рукой – Женя положил вторую сверху, и получился торт из рук. Мы улыбнулись друг другу, разделяя радость от того, что вместе.
- Я так тебя люблю! – вырвалось у меня.
Встала и обняла его за шею. Он усадил меня на колени.
- Ты моё счастье, моё сокровище… - прошептал Женя еле слышно, уткнувшись в мои волосы. – Любимая…
- Ты мой.
- Твой, - низкий голос отозвался рокотом в его груди.
Некоторое время мы сидели так, пока Женя не спросил:
Некоторое время мы сидели так, пока Женя не спросил:
- Чем бы ты хотела сегодня заняться?
- Провести день в твоём обществе, - кокетливо отозвалась я. - У тебя есть планы?
Он ненадолго задумался, потом кивнул с обещающей улыбкой.
- Есть.
- Какие? - заинтересовалась я.
Думала, он предложит поход в парк или может прогулку по городу или пойти в ресторан вечером, но Женя меня потряс.
- Поехали на Мальдивы?
- Мальдивы?! - у меня округлился рот.
Я растерянно заморгала. Для меня, обычного человека, выросшего в обычной семье со скромным доходом, предложение вот так вдруг поехать на Мальдивы казалось неуместным.
- М-м-м… Поехали, - нерешительно произнесла, наконец. - Но я имею в виду планы на сегодня?
Его губы дрогнули.
- И я имею в виду именно это. Хочу, чтобы завтрашний день мы встретили у моря.
У меня расширились глаза. Я воскликнула:
- Но мне завтра на работу!
Женя откинулся на спинку стула.
- Я давно хотел поговорить о твоей работе.
Начало встревожило. Я была уверена, что Жене не нравится, что я работаю курьером, и что он начнёт уговаривать меня найти что-нибудь получше, однако то, что он сказал, меня ошеломило!
- Я хочу, чтобы ты ушла с неё - чтобы с завтрашнего же дня перестала бегать по жаре.
- С завтрашнего дня? - я совершенно растерялась. - Это никак невозможно... Мне нужно написать заявление об уходе, отработать...
Женя снисходительно на меня посмотрел.
- Возможно, моя радость. Оставим доверенность адвокату, а сами полетим отдыхать. Он всё сделает за тебя.
Я потряслась.
- Меня не отпустят завтра же! Кто меня заменит?!
- Я предоставлю им другого курьера на время отработки.
- Где ты его возьмёшь? - этот разговор обретал всё более невероятные очертания.
- У меня тоже работают курьеры, моя радость.
Я молча хлопала глазами, не зная что сказать. Я была совершенно не готова к такой резкой перемене в своей жизни! И на что я буду жить? Озвучила свои сомнения:
- Чем я буду платить за квартиру, когда вернусь?
- Тебе не надо будет платить за неё, потому что ты переедешь ко мне, - ответил бывший босс.
Я узнала эту манеру: щёлкать вопросы, как орешки. Для Проскурина у любой проблемы существовало решение, и не одно. Он привык решать и сейчас уверенно рулил моей жизнью, поворачивая её в том направлении, которое хотел, чтобы она приняла. Мне стало страшно.