- Нет-нет, подожди, - прошептал он мне на ухо таким соблазнительным хриплым шёпотом, что все женские гормоны взвыли, требуя немедленно накинуться на этого мужчину и сделать его своим!
Я последовала велению инстинкта.
- Радость моя, - почти прорычал Женя.
Я очень старалась, чтобы фитиль горел поскорей и дошёл, наконец, до взрывчатки! Увы, его выдернули в последний момент, лишив меня долгожданного взрыва.
- Ну, Женя! - чуть не плача, потребовала я. - Сколько можно меня дразнить?!
- Я не дразню, - пробормотал он, бешено стуча сердцем. - Это ты сводишь меня с ума.
- Не хочу потом! - со стоном протянула я.
- Тише, моя радость, тише.
Женя прижал меня к себе, не целуя и обездвижив мои руки, и принялся легонько покачивать, как ребёнка.
Наши сердца стучали в унисон. Я уткнулась ему в плечо, горестно спрашивая себя когда уже мы прилетим и наступит ночь, чтобы можно было, наконец, поймать этого журавля?! "Я ему отомщу!" - подумала сердито. В голове одна за другой появились картинки как именно я заставлю его пожалеть о том, что вынудил меня ждать так долго! Я предвкушающе улыбнулась: месть будет сладка! Женя понятливо качнул головой, усмехнувшись.
- Я позволю делать со мной всё, что захочешь. Только подожди.
- Сколько нам ещё лететь? - вылилось нетерпение.
- Часов шесть, не меньше.
Обречённо вздохнула. Хотя бы поцелую синицу. Ещё... Ещё разок...
- Ещё разочек! - взмолилась, когда синица поспешно встала и опустила меня в другое кресло.
Она оказалась безжалостным созданием, упорхнув подальше от меня. Одно немного утешало: Жене приходилось не легче, чем мне – а, судя по всему, куда тяжелее. И скажу честно, мне было приятно наблюдать за его мучениями; хотя куда большую радость принесло бы, если б он поддался страсти. Я пожалела, что у него настолько железобетонный самоконтроль. Это же преступление какое-то - так владеть собой!
- Любовь моя, ты ко мне не подходишь весь полёт, - распорядился бывший начальник, прикрывая глаза.
Я тут же вскочила с места: если это - именно та соломинка, которая нужна, чтобы перевесить чашу весов в мою сторону, то...
- Желя! - приоткрыл он глаза.
Опустилась обратно в кресло - этому командирскому тону сопротивляться было невозможно. Обиженно уставилась в окно.
- Не сердись, любовь моя, - через время попросил он.
Я раздражённо передёрнула плечами: неудовлетворённое желание будоражило кровь. Он подошёл, присел на корточки, заглянул в глаза. Я смотрела в них и покорялась. Вздохнула, потом ещё и ещё. Он улыбнулся. Я снова вздохнула.
- Ты из меня верёвки вьёшь.
- А мне кажется - наоборот, - ласково сказал Женя.
Он сел напротив. Уважая его намерение устроить мне рай на Мальдивах, я больше не делала попыток коснуться. Но его близость волновала. Надо было срочно на что-то переключиться – я вернулась к незаконченному разговору. С замирающем сердцем спросила:
- Твоя невеста… она была красивая?
- Да, - ответил Женя.
Меня ужалила ревность.
- Она... похожа на меня?
Женя слегка улыбнулся, понимая подоплёку вопроса.
- Нет.
Меня это порадовало.
- Совсем?
- Абсолютно, - уверенно ответил он. - Ни в чём.
Я выдохнула. Выдох получился долгим. Женя рассмеялся. Я насупилась.
- Я бы не хотела походить на твою бывшую, потому что это значило бы, что ты ищешь её подобие. Достаточно того, что я напоминаю твою маму.
У Жени сделалось такое лицо, что я испугалась. Он поднялся - я сжалась - прошёл мимо и скрылся. Я стиснула дрожащие руки. Как я могла?! Сказать так небрежно, ещё и в отрицательном контексте... Он, конечно, любит её, а я дала понять, что мне не нравится, что я её напоминаю... Вскочила с кресла - и опустилась обратно. Меня терзал страх и беспокойство, но пойти за Женей я не смела – было очевидно, что он хочет остаться один.
Минуты казались бесконечно долгими; я считала каждую. Женя вернулся минут через десять; сел в кресло; не глядя на меня, открыл ноутбук. Лицо - спокойное, отстранённое, не выражало никаких чувств. У меня оборвалось сердце. Я его очень обидела - теперь он не подпускает меня к себе! Глаза наполнились слезами; я заставила себя не плакать.
Встала, медленно подошла к Жене, остановилась рядом; он смотрел в экран, быстро щёлкая по клавишам клавиатуры. Вся его поза давала понять, что он не хочет моего общества. Но я не могла уйти и оставить всё как есть! Осторожно взяла его за кисть правой руки, попыталась отодвинуть в сторону - она напряглась, застыв в воздухе, так что не сдвинуть.
- Пожалуйста, - посмотрела я в бесстрастную сталь его глаз.
Легонько надавила, снова пытаясь отвести в сторону его руку - не получалось. Опять глянула на Женю, чувствуя как глаза наполняются слезами. Его рука поддалась; отведя её, я села ему на колени. Женя не обнял меня; я обняла его сама, прильнув к груди. Слёзы покатились на его рубашку.