Может быть, ничего такого в этом не было - и карта это мужа, а не чужого человека; и с Али мне было веселей; и с работы всё равно пришлось бы уйти – не всю же жизнь работать курьером! Да и наряды, в которых Женя хотел меня видеть, вполне возможно, украсили бы меня... И всё-таки я огорчилась.
- Прости меня, Анжеличка, - снова извинилась мама. - Наверное, я не должна была этого говорить, просто... мне кажется это важным.
Я постаралась улыбнуться.
- Я так и сделаю, как ты говоришь - найду работу и буду продолжать заниматься по воскресеньям благотворительностью.
Других увлечений и обязанностей у меня не было: когда жила с Артёмом, я всегда стремилась поскорей вернуться с работы к нему - он тянул меня к себе, как магнит. Когда я подумала об этом, мне стало более понятна тяга видеть и слышать меня, которую испытывал Женя. Я испытывала то же самое по отношению к Артёму. Мысль об этом ударила страхом: к Жене меня не тянуло так сильно. Я вполне спокойно съездила за покупками без него... "Значит ли это, что я люблю его меньше, чем Артёма?!" - спросила себя. И тут же ответила: "Но я была рада к нему возвратиться, мне хотелось его увидеть..." Женя сказал, что мечтает обо мне, когда меня нет рядом, а я... Я думала о нём, когда примеряла одежду - понравлюсь ли я ему в ней? Но за пределами бутиков я о нём не думала. Получалось, Женя любил меня сильнее?..
- Анжелика? - окликнул меня Гена.
Я совершенно прослушала что он говорил. Посмотрела растерянно, и папа повторил:
- Евгений не хочет с нами познакомиться прямо сейчас?
- Сейчас?
- Да, я вижу, Аня изведётся от нетерпения, пока дождётся нашей встречи, - и Гена любовно посмотрел на жену.
Она ответила ему благодарной улыбкой. Я на них посмотрела и улыбнулась сама: пожалуй, лучшего образца счастливой супружеской пары не найти среди всех моих знакомых! Я хотела для себя такого же тёплого, крепкого счастья, какое обрели друг с другом моя собственная мама с Геной!
- Подождите, я его спрошу.
Я сходила в гостиную; Женя с готовностью согласился, и мы вернулись вместе. Садясь рядом с ним, я сжала его руку: моё сердце трепетало. Любимый ободряюще улыбнулся мне: если он и волновался, то по нему этого совершенно не было заметно. Ни стеснения, ни робости, ни холодности, ни зажатости, ни страха не было в его выражении лица или голосе, когда он знакомился с моими родными и своими будущими родственниками.
Поначалу они смотрели на него с большим любопытством, но довольно настороженно, однако любимый почти сразу расположил их к себе. Женя держался настолько естественно, дружелюбно, расслабленно и приветливо, что лица родных стали его зеркальным отражением: они тоже расслабились, из глаз исчезла настороженность и некоторая подозрительность. Мой будущий муж им понравился.
Я вздохнула свободно. Сама я почти не участвовала в разговоре, предпочитая, чтобы говорил Женя - именно его хотела слушать моя семья. Мама тоже в основном молчала, но улыбалась и внимательно следила за беседой. А вот Гена с бабушкой вовсю сыпали вопросами, не выходя всё же за грань приличий. Любимый отвечал охотно, не таясь, и этим вызвал доверие.
Бабушка сменила гнев на милость: я видела, что Женя внушил ей уважение к себе, и я порадовалась - ведь это значило, что держаться с ним она будет без ехидства и скептицизма. Кроме того, я видела по бабушкиному взгляду, что она Женю жалеет. Видимо, она собралась возместить моему мужу долгое отсутствие семьи, потому что обращаться начала душевно и по-семейному. И то, как Женя отвечал - с признательностью и уважением, ещё сильней укрепило бабушку в её намерении окружить его родственным теплом.
Гена сразу избрал дружеский тон, и Женя его поддержал. То, что они друг другу сразу понравились было очевидно. А ещё, глядя на них, я заметила какую-то схожесть. Во взглядах - прямых, проницательных и твёрдых; в манере, чисто мужской, вести разговор... И это тоже меня порадовало: сходство с Геной можно было только приветствовать, потому что мамин муж был прекрасным человеком! Для меня это было отличной рекомендацией.
И вместе с тем, мой Женя был другой: жёстче, решительнее, бескомпромиссней. Сейчас он не показывал эти стороны своего характера, однако они были - отпечатались в линии губ, носогубной складке и морщинке между бровей. "Мой" - подумала я, тайно любуясь своим избранником: его римским носом и упёртым подбородком... Женя мельком глянул на меня, и я покраснела. Мне нравилось в нём всё. Но, пожалуй, любование им лучше было отложить до более подходящего времени.