Женя жил так, словно о будущем не думал вообще: ни хорошего, ни плохого; не испытывал ни страха, ни предвкушения. Он был счастлив сейчас. Здесь. Со мной. И меня это устраивало. Потому что будущее будет зависеть только от нас - каким мы его сделаем, таким оно и будет. А делаем мы его в настоящем. Вот почему я с усердием мостила ровную и прямую дорогу в наше общее светлое будущее, выстраивая стабильные, здоровые и крепкие отношения – работая над этим каждый день.
Тайланд мне запомнился цветочными гирляндами и волшебными ароматами аромамасел; процедур в спа-салонах, тайского массажа и поездках по туристическим местам; пещерами и морем и джунглями, и оригинальными национальными танцами, и непривычной едой... Но больше всего - спокойной и довольной улыбкой мужа, его ласковым взглядом и ночами, полными волшебства.
Светлый маг, открывший во мне источник чувственности, взял меня в ученицы и передал часть своих знаний. И теперь я с энтузиазмом оттачивала свои умения, восхищая учителя. Он пробудил во мне магию; ею была любовь; моей стихией - страсть, и я вовсю ими пользовалась, чтобы делать своего мужа счастливым. И с каждым днём, с каждой ночью мне это удавалось всё лучше и лучше.
Волк, так пугавший меня когда-то своей дикостью и неприрученностью, своим голодом и жаждой, приручился и теперь ел у меня из рук, угадывая мои желания без слов. И я никогда не забывала заботиться о нём, ласкать и вовремя кормить, и играть... Однако вскоре - стоило ли удивляться - обнаружилось, что волки очень ревнивые звери. И ужасные собственники!
В одной из поездок мы познакомились с соотечественниками: двумя парнями из Новосибирска. Один из них - тоже Женя - оказался историком. Я с ностальгией вспомнила о своей учёбе; заговорила с ним о любимом предмете - парень вдохновенно поддержал беседу, оказавшись фанатом истории, и вскоре мы уже не замечали ничего вокруг, бурно обсуждая то, что у других моих знакомых вызывало лишь зевок. Перед тем, как расстаться, обменялись телефонами, пообещав созвониться в Москве и продолжить дискуссию.
Эта встреча оставила во мне самые позитивные эмоции, и я прокручивала в голове его и свои аргументы - ровно до момента, пока мы не вошли в номер. Там мой волк как с цепи сорвался! И не было на нём никакой цепи, но если бы была, он бы её порвал - хоть десять цепей: с такой злостью он на меня накинулся!
- Ай! Ты кусаешься! - вскрикнула, когда его зубы весьма чувствительно прикусили кожу.
Шлёпнула легонько по носу - и на меня, вскинув глаза, посмотрел дикий зверь. Совершенно дикий. Я сглотнула. Куда подевался мой приручённый волк?! Это создание я не решилась бы кормить с руки - оно скорее руку мне откусило бы!
- Женя, - пробормотала растерянно. - Что с тобой такое?
Он не стал затрудняться объяснениями, утопив меня в страсти. Я действительно тонула в шторме эмоций, которые он во мне вызвал! Волны накатывали одна за другой; стоило мне вынырнуть на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха, как он погружал меня обратно. Пока я не задохнулась и не пошла ко дну - тогда он нырнул за мной и вытащил на берег: дрожащую, измождённую неравной борьбой, судорожно пытающуюся сделать вдох. Перед глазами было темно; сердце билось так, словно вознамерилось отправить меня на тот свет!
- Дыши, - хрипло прошептал мне на ухо зверь, и я вздрогнула.
Открыла глаза - и упёрлась руками в плечи, отталкивая. Он не сдвинулся ни на миллиметр; наоборот, придвинулся ближе, обжигая горячим телом.
- Я сейчас задохнусь! - простонала я.
Женя немного отодвинулся. Подождал, пока у меня не выровнялось дыхание и снова обжёг шею огненным поцелуем. Я возмутилась:
- Женя!
Он разозлился: нахмурился, а глаза стали как штормовое небо.
- Да что с тобой?! - воскликнула я. - Ты, что любовных грибов за обедом объелся?!
Из туч на меня выглянули лазеры космического корабля, просветили… Содрогнувшись, зажмурилась.
- Женя...
- Замолчи, - низко потребовал он.
Я потрясённо уставилась на него.
- Что? - переспросила, не веря своим ушам.
- Не называй меня по имени, - повторил муж и стиснул зубы.
Я молчала, не зная как реагировать на эту просьбу... требование? Он снова принялся целовать мои плечи, спустился к животу.
- Но почему? - вырвалось у меня.
- Не хочу это слышать, - рыкнули мне в ответ.
- Почему?!
Зверь оторвался от своего занятия, посмотрел на меня с опасным блеском в глазах. По спине прошёл холодок. Я сглотнула; он рывком подтянулся, уставился мне в глаза и прошептал в губы:
- Я хочу быть единственным для тебя.
У меня округлились глаза.
- Ты и есть единственный! - прошептала в ответ.