- Забыла, - плакала я, глядя на море.
"Он хотел, чтобы ты забыла об этом" - подсказал внутренний голос. Я удивилась. "Почему?" - спросила его. Он помолчал и ответил: "Он прятал от тебя туман, чтобы ты не входила туда". И я согласилась. Женя прятал от меня туман; он больше не показывал мне его. Не хотел, чтобы я блуждала в нём - может, боялся, что я найду тайную обитель? Что он опасался, что я там обнаружу? Не узнать, пока дотуда не доберусь - сам он никогда не скажет.
Вспомнилось как меня душил туман, когда я взялась исследовать его глубины - он почти победил; не смягчись Женя и не спрячь его, мне пришлось бы плохо... Я пожалела, очень пожалела, что призналась про разговор с подругами - лучше бы утаила! Лучше бы пошла на то, что советовала та подлая мыслишка! "Ещё не поздно" - оживилась она. У меня сбилось дыхание.
- Да, - сказала я, решив перестать принимать контрацептивы.
Пусть Женя ждёт свадьбы - я не буду ждать ничего! И если это подло - пускай! Зато он не уйдёт. "А если уйдёт... - даже думать об этом было страшно. - Тогда у меня останется хоть что-то от него: его ребёнок." Решение было принято, и мне стало чуть легче. Разум советовал не идти на поводу у эмоций - сначала распутаться со страхами Жени, но я не прислушалась. В тумане можно блуждать дни, месяцы... Годы? А если его не видать, как до него добраться? Пока я ищу как избавить любимого от страхов, он может взять и уйти! И тогда будет поздно делать детей.
Однако ночью выяснилось, что Женя предугадал моё намерение и рождаемость взял под свой контроль. Я могла пить или не пить контрацептивы - суть от этого не менялась: ребёнка мне не сделать, пока он не захочет. Ночью я снова рыдала в ванной, а Женя снова стучал в дверь, как уже было когда-то, но на этот раз я ему не открыла и просидела там, пока он не пригрозил снести дверь с петель. Выйдя, молча прошла мимо, не глядя на него - Женя перехватил меня сзади за талию, не позволив уйти; прижал спиной к груди.
- Какой смысл ждать свадьбы? - погасшим голосом произнесла я, покорно стоя в его объятиях и не делая попыток вырваться. - Ничего от этого не изменится - ты так и будешь бояться. Так и будешь думать, что я обязательно уйду.
Грудь, к которой меня прижимали, начала вздыматься. Я проигнорировала его гнев.
- Сколько тебе надо времени, чтобы ты стал уверен? Месяц? Год? Десять? А может, и десяти не хватит?
Меня выпустили; я подошла к кровати, легла и отвернулась к стене. А Женя ушёл. Работать. Я не уснула до самого утра; встала около двух. Жени в номере не было. Тускло подумала, что он опять уехал, и даже записки не оставил. Вскоре выяснилось, что я была несправедлива – Женя ходил на море. Вернулся мрачный, как туча; увидел меня и замер. Взгляд, острый, как бритва, впился в мои глаза, просветил мысли и чувства, и ушёл в сторону.
- Привет, - бросил он, проходя мимо.
Я, не отвечая, посмотрела ему в спину. Слова были не нужны: всё было плохо. Снова закрылась в ванной, пока Женя не постучал.
- Ты идёшь есть? - спросил.
- Иди один, - отозвалась я, не имея никакого желания ни есть, ни выходить.
- Желя, открой, - потребовал он.
- Иди один, - повторила, утирая слёзы.
- Открой, - приказал Женя.
Я не сделала ни шагу к двери.
- Повторяю в последний раз, - железным голосом предупредил он.
Я сдалась: открыла дверь, глянула на него с вызовом, отерев глаза.
- Что?
- Зачем ты всё так усложняешь? - холодно спросил муж, скрещивая руки на груди.
Слёзы опять брызнули: от его тона; от закрытого, недовольного вида; от жёсткости глаз; от самого вопроса. Он ещё меня сделать виноватой хочет?!
- Ты считаешь, это я усложняю - не ты? - всхлипнула я.
- Почему просто не жить? - нахмурился он, как будто производимого эффекта было недостаточно.
- Потому что я хочу детей! - закричала я. - А ты, похоже, вообще не собираешься их заводить!
У него затрепетали ноздри.
- Когда ты намеревался мне об этом сказать - лет через двадцать?! - не могла я успокоиться. - Дорогая, извини, но теперь уже поздно...
Женя резко развернулся и вышел из номера, хлопнув дверью. После этого между нами пробежала чёрная кошка. Я не желала извиняться за свои слова; Женя не собирался ни просить прощения, ни объяснять свои намерения. Я прождала его до вечера; когда вернулся, муж выглядел спокойным - буря эмоций была усмирена. Но ночью он просто лёг рядом - и всё. Женя не хотел близости, и я поняла, что лежит он сейчас здесь только для того, чтобы я могла уснуть. Встала.